Синее золото

Джейсон Коул поначалу не особенно и верил, что дочь, с её творческим складом ума и романтичной натурой, сможет добиться существенных успехов на новом поприще. И был весьма удивлён, когда его малышка Мари неожиданно «показала класс» в сфере, к которой раньше не испытывала тяги.

Марион впитывала знания как губка, и, окончив престижные курсы менеджеров, пережив неприятие коллег и снисходительные взгляды партнёров отца, влилась в бизнес, показав себя здравомыслящим человеком, не боящимся работы и трудностей. И пусть на это ушло достаточно много времени, она добилась того, что её перестали называть всего лишь дочкой босса, и с её мнением стали считаться.

Вершина была покорена, но это не сделало Марион счастливее. В свои тридцать два она была человеком, успешно построившим карьеру, но чувствовала себя не на своём месте. Это видели её родные, это знала она сама. Наверное, именно поэтому Марион и позволила заманить себя в авантюру с фермой. Ведь если вернуть упущенное, изменить то, что уже свершилось, не представлялось возможным, то как-то повлиять на ход событий, которые только должны произойти, было в её силах.

И это осознание грело изнутри, вселяло надежду, что не всё потеряно, что есть ещё вещи, способные затронуть её душу. Заставить покинуть привычный мир, который с каждым годом все сильнее и сильнее затягивал Марион, заставляя погрязнуть в серой обыденности, где нет места ярким краскам, а есть только разбавленные бесцветностью рутины полутона.

К тому же во всей этой истории с фермой чувствовалась рука Хелен, её мачехи, имеющей определённое влияние на некоторые решения отца.

Марион не совсем понимала, какие цели преследует Хелен, подталкивая её решиться на поездку во Францию, но всегда считала мачеху мудрой женщиной. И, несмотря на то, что они так и не стали подругами, вполне доверяла её интуиции.

Эта затея стала вызовом. Пари.

Вызовом самой себе. И пари с отцом.

Нет, никаких ставок и картинно разбиваемых рукопожатий. Лишь договор, который она взялась выполнить.

Марион уже и не помнила, как получилось, что одна из бесед после памятного разговора о судьбе Блё-де-Монтань закончилась этим договором.

Джейсон и Хелен обставили всё так, что она сама, будучи в здравом уме и твёрдой памяти, вызвалась наладить дела на месте, найти нового управляющего и передать ферму в его руки. В течение недели были оформлены все полагающиеся бумаги и доверенности, переданы коллегам дела, которыми Марион занималась в компании, куплены билеты и собраны чемоданы.