Миллиард долларов наличными

Открыв портфель, Сулеев торжественно достал папку.

– Леонид Петрович, вот. Вам нужно только подписать. Вот здесь… – Показал. – И вторая подпись, вот здесь.

Чувствуется рука Глеба, подумал Петраков, оба куплены с потрохами. Встретившись взглядом с порученцем, метнул молнию, на что тот, обернувшись, показал на Лену. Официантка медленно вкатывала в каюту поднос с шампанским, фруктами и закуской.

Удовлетворенно кивнув, Петраков взял из подставки на столе ручку. Подождав, пока Сулеев придвинет к нему документы, размашисто подписался несколько раз.

– Все?

– Все, Леонид Петрович. Поздравляю.

– Я вас тоже. Что ж, давайте выпьем за успех дела.

– Да мы… – Сулеев сделал вид, что хочет встать. – Мы пойдем, у нас еще много дел.

– Не выйдет, господа. Вы находитесь на борту военного корабля, а у нас свои законы. Вставать я вам пока не разрешил. Леночка, бокальчики, пожалуйста… И разложи закусочку, что там у тебя… Семга, икорочка… Разложи, сделай бутербродики… Старший лейтенант, присоединяйтесь к нам… Садитесь, садитесь… Вы были свидетелями торжест венного момента… Молодец, Леночка, спасибо…

Он поднял наполненный шампанским бокал:

– Итак, господа таможенники, за успех! Пьем до дна!

Таможенники и Качуров, подняв свои бокалы, чокнулись с ним и выпили.

– Господа, я оставляю вас на своего порученца и на Лену. Перекусите, выпейте. А у меня дела, прошу извинить.

Выйдя из каюты, Петраков увидел стоящих на палубе и, видимо, ожидающих его старпома, пухлого и румяного кавторанга Бегуна и командира отряда спецназа Кулигина, жилистого верзилу с лошадиным лицом.

Дав Бегуну приказание проверить готовность всех служб к отходу, повернулся к Кулигину:

– Что у тебя?

– Да, товарищ капитан первого ранга… – Кулигин посмотрел в сторону. – Я хотел показать вам тренировки ребят. Мы кое-что новое придумали.

– С чего это вдруг ты захотел показать мне тренировки ребят?

Кулигин промолчал.

– Ладно, пошли. Посмотрю, что вы там новое придумали.

Свернув на боковую палубу, они двинулись к бронированной каптерке на юте. Эта каптерка, в которой раньше хранились канаты, бочки с краской, швабры и прочая боцманская утварь, по указанию Петракова была переоборудована под тренировочный зал, в котором теперь каждый день тренировались спецназовцы.