Миллиард долларов наличными

Расчесав волосы и попрыскав на них закрепителем, прошел в спальню, надел белые брюки, белую куртку со знака ми отличия капитана первого ранга, белую пилотку с кокардой-крабом и золотыми дубовыми листьями. Поднял ладонь, чтобы привычным жестом проверить, точно ли по центру надета пилотка.

Телефон в гостиной давно уже жужжал, но он не торопился. Наконец, подойдя к столу, взял трубку:

– Да?

Услышал голос старпома:

– Товарищ капитан первого ранга, разрешите доложить?

– Докладывайте.

– На борт поднялись представители таможни, с бумагами.

Их надо подписать. Вы можете их принять?

– Кто конкретно из таможни? Вы их знаете?

– Так точно, товарищ капитан первого ранга. Один Сулеев, другой Батуринец. Мы с ними работали.

– Скажите, пусть заходят. Пусть их проводит мой порученец. И распорядитесь, чтобы принесли легкую закуску и шампанское. Пару бутылок. Надо им предложить за успешное завершение.

– Слушаюсь, товарищ капитан первого ранга. Какие-нибудь еще указания будут?

– Нет.

Если нужно будет, я вас вызову.

Он положил трубку. Подойдя к открытому иллюминатору, стал смотреть на море. Сейчас он подпишет последние таможенные документы – и будет спокоен. Если поход удастся, навар будет приличным. С таким наваром он сразу поднимется на другой уровень. Впрочем, он и без этого навара поднимется на другой уровень, поскольку уже представлен к адмиральскому званию. Как только он получит контр-адмирала, сразу же уйдет в Военную академию Генерального штаба. А это – верный путь к следующему званию.

Нужен успех, и успех будет. Но мандраж, легкий мандраж у него все-таки есть. Как-никак он должен протащить «Хаджибей» через четыре моря, причем последнее, Аравийское, является частью Индийского океана. Ничего, он в себе уверен. К тому же он прикрыт на самом высоком уровне, его поддерживает первый замминистра. Проколов, вроде прокола с таможней, что случился месяц назад, уже не будет.

Раздался стук в дверь. Не оборачиваясь, крикнул:

– Входите!

В каюту вошли, и он обернулся.

В двери, ведущей в гостиную, стояли два таможенника, за ними виднелась лихо изогнутая мичманка старшего лейтенанта Качурова, его порученца. Сделав широкий жест, показал на стол:

– Господа, прошу садиться. Документы с вами?

– Да, Леонид Петрович.

Старший из таможенников, Сулеев, невысокий, с узким костлявым лицом, положил портфель на стол. Оглянулся, будто изучая стул, и сел. Второй таможенник, пожилой толстяк, устроился рядом.