Носферату

Мне показалось, что я разменял уже второй километр, когда за дверью одного из кабинетов услышал высокий властный женский голос. В бесчисленных коридорах наркологического диспансера я слышал десятки женских голосов различной высоты и властности, но этот особенно привлек мое внимание – женщина говорила по-русски. За все время пребывания в Чигги я слышал русскую речь только в кабинете Марь. Наш родной великий и могучий не прижился в Чигги, несмотря на все старания моей гениальной одноклассницы, и был в ходу только в стенах корпорации «Нако».

И то лишь из уважения к начальнице. По всей видимости, незнакомка не сомневалась, что, как бы громко она ни говорила, шансы, что ее кто-нибудь услышит и поймет, ничтожны, поэтому дама не стеснялась в выражениях. Когда я осторожно приблизился к двери кабинета, она наградила собеседника щедрой порцией такого отборного российского мата, что меня на мгновение захлестнула ностальгия.

– …паршивая сволочь, я сказала тебе, что сегодня. Сегодня! И если я назначила сроки, все должно быть готово вовремя, усек, ошибка природы?! – Я приник к замочной скважине, но не увидел ничего, кроме сиреневой спины бушующей курьерши.

Мужской голос осторожно и виновато попытался оправдать своего владельца на безбожно исковерканном русском, но не преуспел.

– Ты мне потом будешь говорить! Я не для того бегаю полгода вшивым курьером, чтобы ты все пустил псу под хвост. Ты вникаешь, борода… многогрешная?!

По всей видимости, борода вникала. Мужской голос что-то буркнул, дама решительными шагами отошла от двери, наконец открыв мне достаточный обзор из замочной скважины.

Какое счастье, что некоторые учреждения не перешли на карточки, а продолжают пользоваться своими замечательными ключами – в такую дырку в двери, какую представляла собой замочная скважина, можно было фильмы снимать, а не только подглядывать. Смотреть оказалось особенно не на что: курьерша стояла спиной к двери, заслоняя от меня лицо и часть туловища мужчины в грязно-голубом медицинском халате. Ее собеседник бормотал что-то себе под нос, изредка указывая на дверь справа.

Что-то подсказало мне, что за этой дверью меня ждет ценное вознаграждение за потраченные в беготне по коридорам нервные клетки. Дамочка и ее бородатый собеседник скрылись за дверью, плотно закрыв ее за собой. Не заставив себя ждать, я приоткрыл створку, прошмыгнул в кабинет и бодро влез под накрытый стерильной салфеткой высокий стол с банками и пакетами, полными разноцветных порошков.