Единственный шанс

Зато уж взявшись за дело, выполнит его честно и основательно. Его надежность очень импонировала Ивану. Он готов был с Сашкой идти в разведку, знал: не подведет.

Неуклюже вскидывая ноги, Стоценко тяжело протопал по лестнице, изловчившись, пристроился с ручным пулеметом в проеме перекрытия, отделявшего второй этаж. «Дегтярев» в его крупных руках казался маленьким, однако заговорил в «полный голос». Не снимая пальца со спускового крючка, Сашка выпалил весь диск. И на втором этаже все смолкло.

– Тихо, як на кладбище! – прогудел он довольно.

 – Айда, хлопцы, доверху!

– Ты где ж это пулемет раздобыл, Сашко? – удивился Дубинин.

– Подобрал по пути. Ребята, шо его держали, уси, як один, полегли. А такой гарной машине не гоже без дела оставатись. Ты шо, никак недоволен?

Дубинин устало присел рядом с Сашкой на корточки.

– Скажешь тоже: недоволен. В ножки готов тебе поклониться. Ты, может, десятку ребят жизнь спас. Хороший пулеметчик из тебя получился…

Бой постепенно затихал. Где-то справа еще раздавались выстрелы.

Но и они потрескивали все реже и реже. А перед ними была тишина. Ясно было одно: немцев выбили из ближайших строений. Бригада почти в полном составе вышла к Северной бухте. Над морем догорал багряный закат, окрасив волны в ярко-красный цвет. Постепенно яркость их блекла, как бы иссякнув, и на подрагивающей водяной глади бухты, словно отблески бушующей на земле войны, оставались лишь ржавые разводья. С щемящим чувством утраты прошедшего огневого дня Дубинин наблюдал, как они медленно стекали за горизонт. В голове лениво клубились давние воспоминания. И горечь понесенных утрат теснила сердце…

Летом сорок первого, чтобы не оставаться под быстро наступающими немцами, они уходили на восток в такой же пылающий над украинской степью огненно-багряный закат. Иван нес на руках Любочку, свою младшую дочку. На спине тащил узел с детской одеждой. Шагавшая рядом жена Аня, обвешанная котомками, держала за руку Кольку, спотыкавшегося от усталости. Но младшой не жаловался, хотя частенько чуть ли не падал.

Он только плотнее прижимался к матери и со страхом всматривался в полыхающие вдали пожарища. От этих взглядов у Ивана сжималось сердце.

Поначалу никто из уходящих на восток не знал, что впереди немцы. Они были уже отрезаны от своих. И им еще долго придется скитаться по тылам врага, прежде чем выйдут из кольца окружения. У Дубинина было лишь одно желание: поскорее выбраться из этой паршивой ситуации, как-то пристроить семью – и на фронт.