День Праха

16

Вернувшись в свой номер, Ньеман увидел на экране мобильника номер Циммермана. Он не слышал его звонка: по какой-то непонятной причине на первом этаже отеля соединение не работало.

Он тотчас перезвонил ему: этот поздний вызов позволял надеяться, что у врача появилась какая-то важная информация.

– Я перечитал свои записи, – начал тот. – И понял, что Самуэль наверняка умер до обрушения кровли.

– Откуда такой вывод?

– Я вспомнил, что на теле было довольно мало крови. И хотя камни сильно повредили грудную клетку, я не нашел и намека на внутреннее кровотечение.

– И вы только сейчас мне об этом говорите?

– Весьма сожалею… Но когда я увидел труп, он представлял собой неразличимую массу, покрытую пылью. Повреждения от обломков кровли были настолько велики… Мне даже в голову не пришло, что смерть могла наступить до этой бойни.

– А вы можете мне назвать реальную причину смерти?

– Если откровенно, никак не могу.

Ньеман понимал, что давить на этого доморощенного судмедэксперта бесполезно.

– Вы можете написать мне рапорт по этому поводу?

– Но… это значит, что я должен обвинить самого себя.

– Вот именно.

Наступила короткая пауза: видимо, врач взвешивал все «за» и «против».

– О’кей. Я это сделаю.

– И пожалуйста, как можно скорее.

Ньеман выключил телефон. Он не испытывал никакой радости от этой первой победы. Все происходило именно так, как он предсказал, но это нельзя было считать хорошей новостью. Убийство. Ритуальное убийство. И это странное противоречие: убийца пытался одновременно и «подписаться» под ним, и закамуфлировать его.

Внезапно он понял, почему не пошел ужинать, и почему его настроение упало до нуля. Она не позвонила. Она, Ивана, его верная помощница, его маленькая славяночка… Они не могли заранее точно условиться о связи, но ведь она знала, что он должен приехать сегодня, и надеялся…

Ньеман взял досье, которое ему составили в Париже. Спать он все равно не мог. Так лучше уж посидеть с открытыми глазами, чтобы дополнить это досье и побольше разузнать о секте.

На самом деле он уже знал историю анабаптистов. Знал о ее протестантском периоде – или, по крайней мере, попытке приобщиться к протестантству – и много читал о веке Реформации[36 - Имеется в виду XVI в. и первая половина XVII в., когда процесс реформирования западного христианства привел к появлению в Европе двух лагерей – католиков и протестантов. Основными лидерами Реформации были Лютер и Кальвин.