Империя Волков

– Думаю, в работе твоего мозга имеются нарушения.

– Нарушения?

– Затронута зона «узнавания лиц».

Анна была потрясена.

– А что, разве существует зона… лиц?

– Да. За эту функцию отвечает нейронный узел, расположенный в правом полушарии, за височной долей. Он был открыт в пятидесятых годах. Люди, у которых пострадал этот участок, перестают узнавать лица. За последние годы, благодаря появлению позитронного томографа, мы локализовали его со стопроцентной точностью. Теперь нам доподлинно известно, что у «физиономистов» – охранников в казино и ночных клубах – он развит особенно сильно.

– Да, но я-то ведь узнаю большинство лиц, – запротестовала было Анна. – Во время теста я «опознала» всех…

– Всех – кроме мужа. Согласись, это серьезная проблема.

Соединив указательные пальцы, Акерманн прижал их к губам. Этот жест в его исполнении означал глубокую задумчивость. Оттаивая, этот человек становился напыщенным.

– Мы наделены двумя типами памяти. Существуют знания, которые мы приобретаем в школе.

Другим вещам мы учимся в течение всей нашей жизни – личной, частной. В мозгу человека они идут разными путями. Я полагаю, что у тебя нарушена связь между мгновенным опознаванием лиц и процессом их сравнения с личными воспоминаниями. Что-то мешает работе этого механизма. Ты способна узнать Эйнштейна, но не Лорана, который относится к сфере твоего «персонального архива».

– Но… это лечится?

– Безусловно. Мы просто переместим эту функцию в здоровую зону твоего мозга.

Таково одно из преимуществ этого органа человеческого организма: он пластичен, вернее – гибок. Тебе понадобится «переобучение» – своего рода умственная тренировка, регулярные занятия плюс медикаментозная терапия.

Серьезность тона опровергала хорошие новости.

– Так в чем же проблема? – спросила Анна.

– В объяснении первопричины нарушения. Признаюсь – я в затруднении. Нет ни следа опухоли, ни неврологических нарушений. Ты не перенесла ни механической травмы, ни инсульта, что могло бы перекрыть доступ к крови к этой зоне мозга.

 – Акерманн поцокал языком. – Необходимо сделать новые анализы, более сложные, и попытаться уточнить диагноз.

– Какие анализы?

Врач сел за стол, бесстрастно взглянул на Анну.

– Биопсию. Необходимо взять микроскопическую пробу мозговой ткани.

Анне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать сказанное, потом ужас жаром кинулся в лицо. Она повернулась к Лорану и увидела, что муж согласно кивает.