Меридий

Его взгляд передвигался по извивающимся телам этих змеев, выползающих из-за его спины. Повернувшись спиной к зеркалу, он всматривался в косое отражение, рассматривая, как хвосты этих змеев будто выползают из его расписанной, как стальные латы готического рыцаря, спины. Но главное его внимание захватила занимающая практически всю спину маска – точь-в-точь как та, что он держит в руках. Казалось, что она воплощает в себе все жизненные силы своего хозяина: столь детален был каждый ее миллиметр, столь живы были ее черты, вписанные в мышцы, связки так, что каждое движение тела отдавалось некой эмоцией на ней, —всё его тело являлось работой непревзойденного мастера

Его глаза уставились на незнакомого себя, и вспышки гнева, недопонимания и восхищения свербели в его душе; несколько лет жизни накинулись на него, подобно стае диких волков, терзая, кусая, вырывая лоскуты кровоточащей плоти, метя в артерии и пытаясь перегрызть горло.

Страх смешался с наслаждением, как вино с кровью: вцепиться в волчью пасть зубами, держа руками горло других тварей, бороться со смертью, принимать начальную натуру человека, принимать смерть, страх, боль, находить в них свою радость, особое удовольствием, которое может понять лишь тот, кто стоял на краю пропасти и улыбался, вглядываясь в беспроглядную тьму.

Отступающий страх приоткрыл путь рассудку. Где он находится? Ему известно. Он узнает свой дом – дом, где он прожил долгие годы, дом, где он жил со своей сестрой… Сестрой! Холодное лезвие ножа будто погладило его по позвоночнику, и сотни острых иголок впились в сердце и мозг.

Где она? Здесь нет ее вещей, нет никаких знаков присутствия кого-либо живого, нет человеческого запаха, нет чувства обжитости: полотна пыли, океаны грязи, а некоторым пятнам крови, оставленным на постели, явно больше нескольких лет.

Какой сейчас год? Где он и кто он? Вопросы, вопросы, вопросы непрекращающимся потоком лились в его голову, вымывая из него все иные мысли. Он не помнил ее лица, но знал, что она существовала в его воспоминаниях.

Неужели он не знает?..

Он видел свою жизнь как архив, как библиотеку, в которой необходимо искать информацию вручную. Та дрянь, что течет в его венах, выжгла ему мозг, из пепла которого приходится лепить себе душу. Та дрянь, что спасала его долгие годы.

Перебирая события последних дней, видя их лишь осколками, зная, что сразу память не вернется, но также зная, что у него нет ни одной лишней минуты.