Лешая

Тяжелый выдался денек, и вечер оказался тревожным, не говоря уж о грядущей ночи. Веки слипались, голова клонилась к подушке.

Санька легла, обняла Альбинку и, уткнувшись дочери в волосы носом, накинула на них обеих вязаное покрывало.

В печке пронзительно щелкнул запоздалый уголек. За окном чирикнула ночная пичуга. Ухнула сова. Прокричал ей в ответ из чащи какой-то зверь.

– Расскажи сказку, – сонным голосом потребовала Альбинка.

– Спи так.

– Сказку!

Санька вздохнула и заплетающимся языком принялась вещать первое, что пришло на ум:

– Жила-была одна принцесса…

Ее тут же перебили:

– А мама у принцессы была?

– Была… Королева… Жили-были принцесса и королева в большом замке, в плену у дракона.

– Дракон хороший. Он не стал бы брать принцессу и ее маму в плен, – заспорила дочь.

– Ладно, – сдалась Санька. – Пусть будет вместо дракона волк.

– Волк тоже хороший!

– Тогда я не знаю кто. – Санька начала сердиться.

Ей хотелось в тот миг, чтобы все звуки исчезли – только так она сейчас сможет заснуть.

Поспать надо им обеим, но у Альбинки сон как рукой сняло. Пока сказку не расскажешь, не угомонится теперь…

– Мам, пусть их не зверь в плен взял. Пусть человек.

– Пусть, – Санька уже забыла нехитрый сюжет, который планировала поведать, поэтому сразу перешла к концу истории: – Принцесса с королевой сбежали в волшебный лес, жили там долго и счастливо, и никто их больше в плен не брал. Все. Конец. Спи.

– Ма-а-ам, —снова подала голос Альбинка.

 – А человек, который взял принцессу с королевой в плен, он как папа?

Наивный детский вопрос царапнул душу. Санька зажмурилась, сдерживая подступившие к глазам слезы. Попыталась перевести тему:

– Это просто сказка, Аль. Там все ненастоящие.

– Но мы-то настоящие. – Альбинка мотнула головой и задела Санькин подбитый глаз. Больно. – И волшебный лес настоящий.

– Он не волшебный. Самый обычный лес, – не согласилась Санька. – Ночью в лесу многое кажется странным. Всякое видится, мерещится.

А утром – глядь, и ничего особенного.

– Нет. Наш лес точно волшебный. – Альбинка зевнула в полудреме. Повторила, засыпая: – Волше-е-ебный…

Санька тоже закрыла глаза и моментально отрубилась.

Она проспала как убитая пару-тройку часов и проснулась от странного свиста. Снаружи звучали о воздух чьи-то крылья. Донесся тяжелый удар о крышу. На нее опустилась какая-то птица. Потом еще одна.

Санька глянула в окно. За ним серебрился рассвет.