Горячее северное лето

Но одно дело сны и совсем другое реальность. Ни за что на свете не будет он спать с этой студенткой. У него даже дочь старше.

Так что пусть эта гибкая девочка, которая вся вытягивается в струнку, когда тянется к гигрографу, и знать не знает, какие мысли одолевают в этот момент Федора Радова, который, как ее старший научный сотрудник и куратор диплома, должен следить за ее работой. За работой, а не за задницей! Не за тем, как она выгибается, когда считывает показания с термометров на поверхности почвы.

Но Федор Радов, черт возьми, мужчина. И за это Господь Бог дал его члену способность наливаться кровью, когда перед тобой низко, очень низко, и недвусмысленно наклоняется женщина. И плевать, что она, в общем-то, делом занята. И неважно, что в этот момент Радов объясняет девушке обязанности гидролога. Член считает, что в этот момент нужно нагнуть студентку и взять прямо на земле у реки.

У члена всего два агрегатных состояния: «хочу» и «больше не хочу». И вот член Радова заклинило, как заржавевший рычаг у трактора, и неясно, как сделать так, чтобы перейти на полшестого.

Вернее, ясно, действие старо как мир, но удовлетворения от кулака – как сморкаться во время насморка. Помогает, но через пять минут все по новой.

Как давно у него не было женщины? В последний раз он ездил в Амдерму весной прошлого года, а на большой земле был… Давно был, в общем. Вот оттуда это неудовлетворение и берет ноги.

Физиология, ничего личного. Только как объяснить это члену? И как выбить из руководства отпуск, когда на станции и так почти никого, кроме него? Студентка и инвалид.

Как он оставит их одних, чтобы уехать и перетрахать все, что движется? Они же загубят все к чертям собачьим, если Светка до сих пор путает гелиограф и гигрограф[1 - Гелиограф – прибор для автоматической регистрации продолжительности солнечного сияния в течение дня, то есть когда Солнце не закрыто облаками. Гигро?граф (др. -греч. ????? – влажный и ????? – пишу) – прибор для непрерывной регистрации относительной влажности воздуха. ].

Федор поднялся с кровати и впустил в спальню собаку, которая все это после его пробуждения тяжело и шумно вздыхала за дверью. Черноподпалый мастиф величественной баржей вплыл в комнату, хлестнув хозяина хвостом.

Радов еще раз посмотрел на боксеры, вздохнул и стал одеваться.

Не с кофе, ой не с кофе начинается утро настоящего мужчины.

Глава 3.