Без нас, никто! 2 Чужая война

Только затем посмотрел на меня с едва заметной усмешкой на лице, что была ели различима из-за его густой бороды. Было видно, что он обо всём сразу же догадался только, переступив порог, но при этом внешне оставался совершенно спокоен, позволяя себе быть расслабленным.

– Приветствую тебя, боярин! Ты хотел меня видеть? – произнося эти слова, сам подобрался, внимательно смотря за каждым его жестом, так же, как и стоявшие у него за спиной побратимы. Одновременно с этим прислушиваясь ко всем своим внутренним чувствам, которые не раз выручали меня во время близкой опасности, но те пока упорно молчали.

Боярин, ещё раз обернувшись, уже более внимательно посмотрел на стоявших за его спиной угрюмые лица товарищей. – Вижу я, что и друзей ты себе под стать выбираешь!? – повернулся ко мне. – С мечником я ещё тогда, у себя в лесу познакомился. А вот с этим здоровяком, только недавно посчастливилось, но ты бы только видел, как он на совете у князя, просто горой за тебя стоял!

Такое начало разговора меня слегка обескуражило.

Ведь не было у меня ни в прошлой жизни, ни тем более в этой, опыта в шпионской и агентурной работе, да и просто языком чесать я был не мастер. Но следующие его слова меня просто повергли в ступор.

– Вижу, что тебе Анатолий, наша жизнь всё-таки по душе приглянулась!

– Стоять! – рявкнул я, только заслышав это, моментально сорвавшимся со своих мест, и кинувшимся на боярина друзьям. Ведь моё настоящее имя знали только те, кто сейчас находился в этом шатре: Радим и Асила и никто более из людей.

Те нехотя опустив свои протянутые руки, готовые немедленно сломать мужика пополам, вернулись обратно на свои исходные места у входа. Радим при этом демонстративно и с характерным шелестом извлёк из ножен свой меч, а Асила громко хрустнул костяшками пальцев, недвусмысленно давая понять, что при любой выходке с его стороны, свалит того на землю и без помощи любого оружия, только его здоровенный кулак достигнет своей цели. Уже стоя на месте продолжили буравить спину боярина суровыми взглядами.

Или хотя, постой-ка! Я внимательно посмотрел к глазам собеседника. И может мне показалось, чего я раньше в нём не замечал, но теперь по его лицу прошла мелкая рябь, словно оно стало не секунду размытым, но после этого тут же вернуло себе прежнюю чёткость. Я повторил попытку сосредоточиться на его фигуре, и теперь она уже вся предстала моему взору в сильно размытом виде.