Смех единорога

 – Уж не больны ли вы, деточка? Погода у нас переменчивая, климат влажный… – она накинула московской гостье на плечи шаль, которую буквально вчера, на глазах у Эммы, закончила вязать.

– Благодарю! – Эмма улыбнулась обеим. – Со мной все в порядке, правда…

– Вот, добавьте в чай – липовый, с нашей пасеки! – Регина водрузила на стол трехлитровую банку меда. – А еще вам необходимо больше гулять! – Пройдитесь по Старому городу, посмотрите, какие красивые у нас храмы. Это памятники архитектуры мирового значения!

– Да, я читала…

– Читала! – Регина укоризненно покачала головой.

 – Вы должны увидеть это своими глазами, иначе не поймете ничего, даже если изучите весь наш архив!

– Я обязательно посмотрю город, – пообещала Эмма, поспешно глотая чай. – Сразу после работы.

– Только оденьтесь потеплее, деточка, при таком ветре простудиться недолго, – предупредила заботливая Альма.

«Я бы с радостью погуляла и охотно оделась бы потеплее, – мысленно парировала Эмма, возвращаясь за письменный стол.

 – Но пока это немного… проблематично!»

Поскольку проблема не могла быть решена сиюминутно, она заставила себя сосредоточиться на работе. Осталось просмотреть еще пять из девяти томов «Истории» Теодора Нарбута, изданной в первой половине ХIХ века. В трудах польского историка она неожиданно нашла то, что искала. Это было ее личное историческое открытие! За которое, впрочем, следовало благодарить скорее Нарбута-поэта, чем Нарбута-историка.

Юстас, кстати, тоже был молчаливее обычного.

Появился уже после полудня, сухо поздоровался со всеми и нырнул за свой стол, отгородившись от зала кипами подшивок довоенных газет. Но в конце концов не выдержал: проходя мимо Эммы с очередной подшивкой, заглянул ей через плечо.

– Ага, вы тоже поддались чарам старого доброго Теодора? В прошлом у него было немало последователей. Если интересно, я подберу вам несколько оригинальных монографий.

– Спасибо, Юстас, может быть, завтра, – ответила она.

 – Сегодня уже не успею…

Противоречивые сведения о мифологии балтийских славян увлекли Эмму на оставшиеся послеобеденные часы, но ровно в 17.00 она вышла в фойе библиотеки. Великолепный господин был уже там: сидел на угловом диванчике, сложив руки на груди и погрузившись в раздумья. Она это сразу отметила – что он просто сидит и думает, а не смотрит в экран смартфона: такое теперь редко увидишь…

Незнакомец встал, едва Эмма сделала шаг в его сторону.