Смех единорога

Быть может, просто устала держать все в себе, вот и захотелось поделиться с кем-то, кто проявил к ее работе неподдельный интерес? И не только к ее работе – в первую очередь, к ней самой. Любая женщина чувствует, когда нравится мужчине… С другой стороны, Юстасу она тоже была явно небезразлична, и работой ее он искренне интересовался – тем не менее, она не пошла с ним в кафе и не гуляла под руку по ночному городу. И какой напрашивается вывод?

О, нет! Эмма смущенно улыбнулась собственным мыслям.

Как любил повторять ее научный руководитель, выводы делать пока решительно рано.

Доехали быстро: город-то был небольшой. Ирвин помог девушке выйти из машины.

– Был счастлив познакомиться с вами, Эмма, – сказал он. – Могу ли надеяться, что мы продолжим общение?

– Хорошо, – бесхитростно согласилась она. С этим человеком ей было так легко и комфортно – зачем же придумывать отговорки?

Они обменялись номерами телефонов, дружески попрощались и разошлись.

Только снимая пальто в прихожей, Эмма вспомнила, что несуразный белый плащ, тот, что, собственно, и был виновником их знакомства, остался в машине Ирвина.

«Интересно, он действительно забыл мне его отдать или оставил себе в залог будущей встречи?» Конечно, нельзя думать о людях плохо, но ничего плохого у Эммы и в мыслях не было: второй вариант ей даже больше нравился.

Глава 5. Тяга к приключениям

Тучи, висевшие над Европой всю неделю, помаленьку уползли на восток, и Магистр наконец-то смог подняться в обсерваторию.

В последнее время она стала его излюбленным прибежищем.

За долгие годы он пришел к выводу, что звездное небо – это самый ценный подарок Творца человеку, после дара жизни, конечно. В череде бесконечных дел и забот достаточно поднять голову – и ты оказываешься лицом к лицу со Вселенной. Вот она, вечность! Бескрайний космос, где каждое мгновение рождаются и умирают не то что люди – звезды… Ничто так не отрезвляет, как попытка представить масштаб мироздания, ничто так не указывает на бессмысленность людской суеты, как напоминание о вечности!

Созерцание бесконечно великой спирали Вселенной наполняло Магистра животворной энергией – которую он затем отдавал исследованию другой спирали, бесконечно малой, лежащей в основе всего живого в этой же Вселенной.