Мегрэ и убийца

– Что он тебе сказал?

– Что все в порядке.

Голоса приглушенные, но в то же время довольно отчетливые.

– Ты был там, Мимиль?

– Люсьен и Гувьон сменяют друг друга. В такую погоду…

– А за тачкой?

– Как всегда.

– Ты не находишь, что это слишком близко?

– Близко от чего?

– От Парижа.

– Но ведь только в пятницу…

Звон стаканов, чашек, голоса. Тишина.

– Записано в кафе «Друзья» на площади Бастилии.

Это недалеко и от бульвара Бомарше, и от улицы Попинкур. Батийль долго задерживаться там не стал, чтобы на него не обратили внимания, и отправился под дождем в другое место.

– А твоя-то, твоя женушка? Про других говорить легко, а ты посмотри, что у тебя самого делается.

Это, видимо, мясник, карточная игра у Жюля.

– Говорю тебе, не лезь в мои дела. Ты выигрываешь…

– Я выигрываю, потому что не разбрасываюсь козырями, как идиот.

– Ну-ка перестаньте!

– Так ведь начал-то он!

Будь голоса более высокими, можно было бы подумать, что спорят мальчишки.

– Ну что, играть будем?

– Не стану я играть с субъектом, который…

– Он же сказал просто так, никого не имея в виду.

– Ну если так…

Молчание.

– Видишь, вот он и замолк.

– Замолк, потому что это идиотизм. Слушайте-ка! У меня манильон! Ну что, съел?

Слышно было плохо. Говорившие находились слишком далеко от микрофона, и Жанвье пришлось прокручивать фрагмент трижды. Каждый раз удавалось разобрать еще несколько слов. Наконец послышался голос Батийля:

– «У Жюля», маленькое бистро для завсегдатаев, улица Попинкур.

– Все?

– Все.

Остаток ленты был чистый. Последние слова Батийль проговорил, видимо, на улице, за несколько секунд до того, как на него напали.

– А две другие кассеты?

– Чистые. Еще даже не распакованы. Думаю, он собирался воспользоваться ими позже.

– Ты ничего не заметил?

– Эти, на площади Бастилии?

– Да. Поставь-ка еще раз.

Жанвье принялся стенографировать. Потом повторил несколько фраз, которые по мере того, как он их произносил, все больше наполнялись смыслом.

– Пожалуй, их было по меньшей мере трое.

– Верно.

– Потом те двое, о которых упоминалось, Люсьен и Гувьон. Через полчаса после этой записи на Антуана напали на улице Попинкур.

– Только вот магнитофон почему-то не отняли.

– Может, испугались Пальяти?

– Когда мы были на улице Попинкур, я забыл одну вещь. Вчера вечером у окна на втором этаже я заметил старушку – это почти напротив того места, где было совершено нападение.

– Ясно, шеф.