Трубка Мегрэ

Или я просто не замечала. Потом два раза подряд. Затем снова никого недели три или даже больше. Но в последние дни приходят постоянно. Позавчера, когда была гроза, на полу остались следы и подтеки воды.

– Вы не обратили внимания, следы мужские или женские?

– Скорее мужские, правда я не уверена.

Она рассказала еще многое другое. Говорила без умолку, причем даже вопросов задавать не понадобилось! Например, в прошлый понедельник она специально повела сына в кино, потому что по понедельникам парикмахерская закрыта.

Поэтому он находился под ее контролем, с полудня они были вместе и вернулись вдвоем.

– И тем не менее в дом приходили.

– Однако ваш сын не хотел, чтобы вы обращались в полицию?

– Вот именно, господин комиссар. Как раз этого я и не могу понять. Он ведь тоже видел следы, не хуже меня.

– Вы видели следы, молодой человек?

Тот с упрямым видом предпочел не отвечать. Означало ли это, что мать все выдумала или просто слегка помешалась?

– Вы знаете, каким образом неизвестный или неизвестные проникают в ваш дом?

– Думаю, через дверь.

Я никогда не оставляю окон открытыми. Во двор им не попасть – стена слишком высокая, для этого придется пройти через дворы соседних домов.

– А на замке следов не осталось?

– Ни царапинки. Я даже пользовалась увеличительным стеклом покойного мужа.

– У кого-то еще есть ключ от вашего дома?

– Ни у кого. Могла бы иметь моя дочь, – (парень заерзал на стуле), – но она живет в Орлеане с мужем и двумя детьми.

– У вас хорошие отношения?

– Я всегда говорила, что ей не следовало выходить замуж за это ничтожество.

А в остальном, поскольку мы редко видимся…

– Вы часто уходите из дому? Вы сказали, что вы вдова. Вероятно, военная пенсия, которую вы получаете, невелика…

Она приняла гордый и одновременно скромный вид.

– Я работаю. Сначала, то есть сразу же после смерти мужа, у меня в доме жили квартиранты. Двое. Но мужчины ужасные неряхи. Видели бы вы, в каком виде они оставили свои комнаты!

В тот момент Мегрэ казалось, что он ее не слушает, но теперь тем не менее он отчетливо вспоминал не только ее слова, но даже интонацию, с какой они были произнесены.

– Уже год я работаю компаньонкой у мадам Лальман. Очень достойная дама, мать врача. Она живет одна недалеко от шарантонского шлюза, как раз напротив, и каждый день во второй половине я… Мы с ней скорее подружки, понимаете?

По правде говоря, Мегрэ не придал никакого значения этой истории. Возможно, у нее маниакальные идеи.