Египтянин. Путь воина

5

Ассирийский царь Ашшурбанипал был доволен спокойствием в подчинившемся его власти Египте. Строптивая, но укрощённая силой оружия страна Та Кемет продолжала жить, хотя её закрома были расхищены, хотя и уходили гружёные зерном, золотом и драгоценными благовониями караваны в Ассирию, хотя и заправляли всем на свой лад ассирийские наместники. Раздражённые бесконечными поборами и надзором города начинали глухо роптать, а владыка престолов Обеих Земель тайно собирал силы, засев с преданными ему людьми в Фивах.

Тем временем могущественная сестра Тахарки, «божественная супруга Амона», Шепенупет, продолжала в Саисе, на противоположном берегу Нила, строительные работы, начатые фараоном незадолго до войны. Готовясь к освободительной войне против ассирийских захватчиков, Тахарка не забывал при этом заботиться о своей будущей – вечной – жизни в царстве Осириса.

Для работ в заупокойном храме – «жилище вечности», как ещё называли гробницы, из всех провинций были созваны в Саис самые лучшие мастера: каменщики, резчики, скульпторы и художники.

Не был обойдён высоким вниманием и Ренси, о котором Шепенупет узнала благодаря его предыдущим работам и хвалебным отзывам принца Танутамона.

Окунувшись в ежедневные привычные заботы, Ренси был почти счастлив, что остался в Саисе и что мог снова заниматься любимой работой. Для ощущения полного счастья ему не хватало лишь одного: Мерет.

Закончив обтёсывать кусок элефантинского гранита, который называли также сиенитом, Ренси почувствовал, как ноют от усталости плечи и спина.

Он подумал, что заслужил полноценный отдых, и решил на пару дней уехать в Саис. Он вышел к берегу реки и попросился в попутчики к управлявшему баркой торговцу финиками. Спустя какое-то время Ренси шёл по знакомой тропе к белеющему вдали храму, окружённому глыбами гранита и алебастра. Вокруг храма, где он когда-то работал над росписью потолка и где впервые увидел Мерет, царило затишье. Оказавшись у дома Анху, Ренси со стыдом признался себе в том, что непозволительно долго не навещал зодчего, человека, которого почитал как своего отца.

Дверь открыл Ипи, один из учеников зодчего и его правая рука. Ренси поразился необыкновенной бледности его лица и тусклым взором обычно живых блестящих глаз.

– Что случилось, Ипи? О чём слёзы? – с тревогой спросил у него Ренси.

– Зодчий Анху в безнадёжном положении. Давно не встаёт с постели, ничего не ест и почти не пьёт, – печально ответил тот, впуская ваятеля в дом.