Таинственный остров

В эту минуту Пенкроф подошел к корреспонденту и самым спокойным тоном спросил, не завалялась ли у него как-нибудь случайно спичка.

Спилетт остановился, поискал у себя в карманах и, не найдя ничего, сказал:

– У меня были, но ведь я все выкинул…

Тогда моряк позвал Наба и задал ему тот же вопрос. Но и у негра спичек не оказалось.

– Проклятие! – воскликнул моряк, не будучи уже в состоянии дольше сдерживать своей досады.

Спилетт услыхал это и подошел к Пенкрофу.

– Нет ни единой спички? – спросил корреспондент.

– Да, и, стало быть, мы будем без огня…

– Ах! – воскликнул Наб. – Если бы здесь был мой господин! Он бы научил нас, что делать!

Все четверо словно замерли на месте. Они не решались даже глядеть друг на друга.

Герберт первый прервал молчание.

– Мистер Спилетт, – сказал мальчик, – ведь вы курите, вы всегда носите при себе спички! Может, вы плохо искали? Посмотрите еще в карманах! Одна спичка может нас спасти!

Корреспондент, не говоря ни слова, снова принялся тщательно шарить во всех карманах своих панталон, жилета, пальто и, к великой радости Пенкрофа, а также к чрезвычайному своему изумлению, почувствовал какую-то деревянную палочку, забившуюся за подкладку жилета.

Он через материю держал пальцами маленький кусочек дерева, но не знал, как его оттуда вытащить. Это наверняка была спичка, и вытаскивать ее надо было крайне осторожно, чтобы как-нибудь нечаянно не отломить фосфорной головки.

– Позвольте мне это сделать! – сказал Герберт.

И мальчик с большой ловкостью, осторожно вытащил этот маленький кусочек дерева, эту крошечную и вместе с тем драгоценную безделицу, которая имела для несчастных такое важное значение. Спичка была совершенно цела…

– Спичка! Спичка! – закричал Пенкроф. – О! Это для нас теперь лучше всякого клада!

Он взял спичку и в сопровождении товарищей вошел в «Трубы».

С этим маленьким кусочком дерева, который в обитаемых землях изводится с таким равнодушием целыми сотнями, надо было при настоящих обстоятельствах обращаться с величайшей осторожностью.

Моряк прежде всего удостоверился, что спичка совсем сухая. Затем он сказал:

– Мне нужна бумага.

– Вот бумага, – сказал Гедеон Спилетт, подавая вырванный не без некоторого колебания листок из записной книжки.

Пенкроф взял бумагу и присел на корточки.