Таинственный остров

Пенкроф, умевший готовить пятьдесят два кушанья из яиц, не мог теперь во всем блеске показать свое искусство; ему приходилось довольствоваться самым простым способом: положить их в горячую золу и испечь на медленном огне.

Через несколько минут яйца были готовы, и моряк предложил Спилетту отведать его стряпню.

Таков был первый ужин на неведомой земле.

Печеные яйца были превосходны, а так как яйцо содержит вещества, самые необходимые для питания человека, то все совершенно достаточно подкрепили свои силы.

Ах, если бы возвратился тот, кого не хватало теперь среди них! Если б все пятеро пленников, бежавших из Ричмонда, собрались сейчас вместе, в этом закутке среди скал, у ярко горевшего костра, на сухом песчаном полу, они от души возблагодарили бы Небо. Но увы! Среди них не было Сайреса Смита, изобретательного и предприимчивого ученого, признанного их главы, – он погиб, и они даже не могли предать земле его прах.

Прошел день 25 марта. Наступила ночь. Между скал и утесов завывал сильный ветер, и слышался монотонный прибой у берега.

Небольшие голыши, гонимые взад и вперед морскими волнами, перекатывались с оглушительным шумом.

Корреспондент, записав в книжку последовательно все происшествия дня, а именно: появление новой земли, исчезновение инженера, разведку на берегу, волнения по поводу спички и прочее, – забрался в темный угол галереи и, изможденный и усталый после долгих поисков, уснул.

Герберт тоже очень скоро погрузился в сон.

Что касается моряка, он то дремал, то просыпался и, так сказать, спал вполглаза, ни на минуту не отходя от огня и то и дело подкладывая новые поленья в тлеющий очаг.

Только один из спасшихся беглецов не хотел отдохнуть в «Трубах». То был несчастный Наб, который, несмотря на все просьбы товарищей, всю ночь блуждал по берегу, призывая своего господина.

VI. Охота

С наступлением утра начали осматривать уцелевшее имущество.

Оказалось, что, кроме одежды, которая на них была в момент катастрофы, ровно ничего не осталось.

Правда, у Спилетта случайно уцелели записная книжка и карманные часы, но больше ничего – ни ружья, никакого инструмента, ни даже перочинного ножика.

Робинзон Крузо и Швейцарский Робинзон[9 - Имеется в виду герой романа Йохана Висса «Швейцарский Робинзон», где рассказывается о швейцарской семье, пережившей кораблекрушение и обживающей необитаемый остров. Эту книгу Жюль Верн любил с детства.