Доброй ночи, злой дух

 – Я перепила… эээ… лекарства, из-за чего в голове помутилось. Увидела ночью кошмар и выскочила на улицу прямо в чём была…

Взгляды скрестились на моей весьма потрёпанной пижаме. Халат, видимо, достался Тенеку. Ну и пусть. Малая плата за свободу.

– Тут он меня и подловил. Пообещал помочь, сходить за Густавом. А сам заманил в свою лавку и ударил чем-то по голове.

– Воспользовался беззащитностью! – ахнула женщина в первом ряду и понеслось…

Никогда не думала, что жители Хейзельхальма так меня ценят.

Угрозы Тенеку набирали обороты, пока наконец Густав не взял дело в свои руки.

– Я разберусь с изменником, – весомо пообещал он, и народ мало-помалу затих.

Авторитет городского головы, и так весьма внушительный, после обретения моего артефакта стал прямо-таки железобетонным. Всё, сказанное им, воспринималось чуть ли не истиной в последней инстанции. Вот и сейчас успокоенные горожане расходились, бурно обсуждая происшествие. Друзья тем временем полностью переключились на меня.

– По поводу побега я понял, – сказал Линк.

 – А вот что это такое?!

Он ткнул пальцем в кровать, которая подогнув ножки, удобно улеглась в дальней части трибуны. Гора подушек свесилась с неё в сторону, словно горб верблюда, но не падала. Теперь всё, что было на ней в момент создания, стало частью артефакта.

– Это моя спасительница, – фыркнула я и принялась рассказывать про похищение с самого начала, не упуская подробностей.

Правда, окончание получилось скомканным, так как тошнота всё нарастала.

Кажется, вдыхание дурманящего дыма не прошло без последствий. В какой-то момент стало совсем худо. Я с трудом вырвалась из рук Тесла и едва успела подбежать к краю трибуны… На этом вопросы закончились. Городской голова распорядился насчёт кареты, которую подали в рекордный срок. Как только мы туда загрузились, кровать встряхнулась и потрусила следом, не отставая от изумлённого возницы.

Когда я еле живая вползла в лавку, а затем в квартиру, всех сопровождающих внезапно словно снесло ветром назад.

Дверь резко захлопнулась прямо за моей спиной, отрезав меня от Хейзельхальма и друзей. Посреди комнаты стоял Тан и смотрел на меня со странным выражением лица. Примерно минуту мы переглядывались, а потом я сползла по дверце и села прямо на пол. Сил не осталось совсем, ни физических, ни духовных.

– Ты победил, – сказала я тихо, откидывая голову назад и закрывая глаза. – Сейчас я совершенно не в состоянии сопротивляться.