Доброй ночи, злой дух

Он вовсю наслаждался ситуацией. – Кстати, большое спасибо. Предыдущая должность накладывала слишком много ограничений, так что теперь я, можно сказать, наконец, могу быть собой.

– Позови Мастерицу, – выплюнул один из спутников графа. – Ещё не хватало тратить своё время на общение с таким…

– Я бы на вашем месте не продолжал, – с очаровательной улыбкой поправил Густав. – А то рискуете с первых секунд испортить отношения с полномочным представителем Мастерицы. Кстати, забыл сказать, с сегодняшнего дня все переговоры с ней только через меня.

Ох, лишь бы не засмеяться. Ну и лица стали у гонцов! Хорошо, что взглядом нельзя убивать!

За время десятиминутного общения он настолько красиво довёл их до белого каления, что мне до него расти и расти! Может, взять у бывшего главы Хейзельхальма уроки дипломатии? Ведь это особый талант – издеваться над собеседником так, что и самый строгий судья не подкопается. Ни разу не перейти границу вежливости (чем не могли похвастать столичные послы) и при этом после каждого заявления непринуждённо упоминать выдержки из установленного свода законов, правил, указов… Если мне эти прохвосты могли угрожать без зазрения совести насильственным перевозом, то с Густавом Байлард упёрся в бетонную стену ссылок на авторитет правителя, с которыми не мог спорить, не унизив вышестоящего начальства.

Особенно при свидетелях, коих становилось вокруг всё больше и больше.

Надо ли упоминать, за кого болели местные жители? Они с любовью смотрели на своего бывшего главу и встречали позорным свистом и обидными замечаниями ответы его оппонентов.

И я думаю, дело было не только в браслете Густава, вызывающем симпатию. Кстати, артефакт не действовал (или почти не действовал) на столичных посланников. Но это и неудивительно. Собираясь на переговоры со мной, они наверняка вооружились всеми возможными защитными изделиями других Мастеров, находящихся на службе правительства. Вон, например, у каждого в ухе по крошечной серьге с драгоценным камушком. А леди Альвара точно упоминала Мастера-ювелира…

В итоге переговоры не сдвинулись с мёртвой точки.

Разве что граф Байлард с приспешниками стали намного осторожнее в высказываниях. Но как они при этом смотрели!

– Думаю, мы крупно попали, – поделилась я мыслями с Густавом, стоило ему вернуться в квартиру.

– Не то слово, – согласился мужчина. – Но другого выхода всё равно нет. Ты же не планируешь переезжать в столицу?

– Конечно, нет, – возмутилась я.

– То-то и оно.