Последняя ночь моей убогой жизни

Я попытался напрячь слух, но мог слышать лишь периодический кашель Хэнка, смешанный с хихиканьем и тяжёлые вздохи уставшего от моего избиения Владислава и тут…

КРЕШШШШШШ!!!

Стекло двери балкона разбилось на малюсенькие частички, после чего и без того тусклый свет в номере полностью погас и внутрь вошло нечто огромное, отодрав занавески с петель с впечатляющей лёгкостью. Голова существа почти доходила до потолка, который был очень даже высоким и, если честно, я не был уверен, было ли это вообще головой, учитывая странную форму, напоминающую снежный шар гигантских размеров.

Как только оно вошло в комнату, Владислав, Юрий и третий мужчина, имя которого не было названо, начали надрывать глотки и стрелять в это самое оно из своих пушек, обосравшись от одного вида существа, которое уверенно двигалось к ним.

Твари, которую мне так и не удалось разглядеть, было всё равно, что в неё палят. Гремящие выстрелы на краткие мгновения освещали номер, но это не помогало мне опознать её, ибо глаза сильно опухли, когда Владик избивал Хэнка.

Оно же быстро подошло к безымянному русскому, схватило его за плечо и швырнуло в стену с такой нечеловеческой силой, что я был уверен – до свадьбы точно не заживёт. Далее существо подошло к Юрию и с размаху ударило его прямо в голову. Мужик вмиг свалился на пол, и я сумел расслышать отвратительный хруст, который, скорее всего, издала его сломанная челюсть, если не весь череп целиком. Юрий обмяк и валялся на ковре, словно мокрая тряпка.

Ирина и Юля вопили что есть мочи, пока я, Хэнк и София не поднялись с пола и не схватили их за руки, желая поскорее свалить, всё ещё не разглядев то, что пришло за русскими. Алтун же отошёл к стене, тупо сел на пол и спокойно наблюдал за происходящем, массируя, вывернутую руку.

– БЕЖИМ! – рявкнул я, чувствуя, как адреналин в крови подскочил до максимума. Сердце билось с такой скоростью, что я слышал кровь, пульсирующую в висках, а пули из дула пистолета Владика продолжали попадать в существо и он даже успел сменить обойму, но твари всё было нипочем.

– ПОЧЕМУ ТЫ НИКАК НЕ СДОХНЕШЬ?! – заорал Владик, опустошив уже вторую обойму. – АААААААААА!!!

То был крик дикой боли. Оно настигло нашего мучителя и как раз тогда, когда все, кроме Алтуна столпились у двери, чтобы наконец открыть её и выбежать в коридор, в попытке спасти свои никчёмные жизни, я услышал знакомый высокий мужской голос, полный повседневного, весёлого энтузиазма.