Проклятие принца

Рикарда не причисляла себя к героям, поэтому всегда была вежлива с герцогом и не более того. Не поддерживала беседы, не разражалась сочувствующими возгласами на его жалобы, не пыталась приободрить его. Она искренне считала свое положение более бедственным, хотя не ее головы жаждали соседи, стоящие сейчас лагерем под стенами.

– Я сегодня не спал, совсем, – говорил герцог Жерар, торопливо прожевывая хрустящую булку. – Я скоро заболею и умру, и вам не придется больше терпеть из-за меня лишения, Магистр.

Сейчас дядя скажет, что лишения он терпит не из-за великой привязанности к герцогу Пьере, на территории которого имеет несчастье проживать, а исключительно из-за собственных убеждений.

Ведь сдача Башни повлечет за собой ее расформирование и переселение в одну из Башен за границами Велии вместе со всем багажом накопленных знаний. А многие маги, настаивающие на бессмысленности исследований, проводимых в Пятой Башне, только этого и ждут.

Когда-то, семь лет назад, правителям объединенных герцогств Велии была предсказана блестящая победа в большой войне и не менее блестящее будущее, последующее за ней.

Результатом этого стала сидящая под стенами армия двух герцогов, твердо намеревавшихся расправиться с обманувшими их магами и заодно с трусливым правителем Пьере. Само собой, взять штурмом столь удачно возведенное сооружение, да еще и полное магов, было невозможно. А вот осада – совсем другое дело.

– Можем, – чуть вздрогнула глубоко задумавшаяся Рикарда от рокочущего баса Магистра Ноэля. Дядя словно читал ее мысли.

 – И покинуть Башню тоже можем, оставив неприятеля ни с чем. Но это означает нашу полную капитуляцию в научном магическом мире.

– Да, да, да, – заколыхал подбородками герцог Жерар, хотя Рикарда была уверена, что он далек от научного мира так же, как и от магического. – Это достойно величайшего сожаления. Но если вдруг, Магистр, вы все же решитесь, то я возмещу ущерб. Вся моя казна здесь, и я не пожалею…

Рикарда уронила нож, и он со звоном покатился по каменному полу.

– Простите, – сказала она, безучастно смотря, как слуга меняет прибор и вытирает лужицу, оставленную пролитым вином.

– Миледи, – тут же подался в ее сторону Жерар, тяжело сопя. – Я был бы счастлив, если бы сумел избавить вас от всего этого. Нам всем тяжело, но я боюсь даже представить, как тяжело вам.

– Как бы то ни было, герцог, я не оставлю своего дядю, а он не оставит вас. Да поможет нам Бог, – проговорила Рикарда и снова сосредоточилась на своем завтраке.