Змеиное гнездо. Безумный маг

Оставалось только надеяться, что кому-нибудь удалось выйти из ресторана, добраться до дворца и сообщить генералу-регенту. А сейчас следовало позаботиться о том, чтобы Вебер со своими допросами не добрался до него. Мартин жестом показал госпоже Ханке оставаться на месте, а сам нырнул под стол и бесшумно переместился под соседний, стоявший сзади, у стены. Здесь был удобный наблюдательный пункт и меньше шансов, что его заметят.

Между тем, генералы, подкрепившись принесенным вином, принялись за гостей. Усердствовали только Вебер и Бауэр.

Генерал Фейербах, уже никого не стесняясь, целовалась с лейтенантом Баумгартеном, сбросив свою накидку и его колет на пол. Шредер ходил с бутылкой, пел песни и предлагал всем гостям выпить за его счет, а адмирал Борн, сегодняшний именинник, спал, уронив голову на свою перевязь, лежащую на столе. Его громкий храп довершал всю нелепость представления, разыгрывавшегося сегодня в «Алмазном сердце».

Адъютанты, хлебнув так щедро раздаваемой Шредером выпивки, ощутили свою безнаказанность, и принялись кидать столовые ножи в поставленный на бок стол, соревнуясь в меткости.

Ножи, ударяясь тупыми концами, резко отскакивали от поверхности, приводя нетрезвых адъютантов в неописуемый восторг. Один нож, пущенный неверной рукой лейтенанта Шульц, чуть не попал в того несчастного официанта, который, наверное, за эту ночь поседел, не дотянув до старости.

В самый разгар фарса, когда Вебер и Бауэр, не поделив чего-то или не сошедшись во мнениях насчет убийства, перевернули пару столов, сломали несколько стульев и намеревались проткнуть друг друга шпагами, громкий выстрел снаружи разбил вдребезги одно из больших окон.

Адмирал Борн всхрапнул, дернулся и, подняв голову, обвел зал мутным взором. Генерал Фейербах с грохотом упала со стула вместе с несостоявшимся любовником. Генерал Шредер судорожно икнул и уронил очередную бутылку, облив себя вином. Генералы Вебер и Бауэр застыли друг напротив друга с оружием. Причем в левой руке Бауэр держала ножку стола.

Четыре адъютанта стояли, открыв рты. Лейтенант Геллер прижимал к своей груди несколько столовых ножей.

Из темного проема, топча сапогами стеклянное крошево, шагнул генерал Гюнтер Зольмс. И высунувшийся из-под стола лейтенант Мартин Фойгт готов был кинуться ему на шею. Никогда его так не радовало появление начальства.

Генерал Зольмс мрачно осмотрел картину разрушений и застывших присутствующих, положил разряженный пистолет на ближайший стол и вытащил другой.