Злопамятный

Когда я очнулась, водитель мистера Фитцджеральда уже вез меня домой.

Хелен, как ей показалось, облегченно выдохнула.

– Вот и хорошо, дорогая. Тебе ни к чему травмирующие воспоминания. Все закончилось быстро и до того, как кто-либо об этом узнал. Не стоит говорить никому о произошедшем, слухи плохо скажутся на нас. Сегодня день твоей свадьбы и твоя задача состоит в том, чтобы выглядеть самой красивой и скромной невестой, какую только видело наше общество. Для Фитцджеральдов нет ничего важнее безупречной репутации, ведь мы должны быть примером для остальных, неся на себе ответственность за Общину.

– Вы правы, я буду вести себя безупречно, – уверила она свекровь.

Вчерашние события окончательно отрезвили Кьяру. Она напрасно надеялась, что ее судьбу еще можно изменить. Хотя она и не знала, зачем и почему ее похитили, но понимала, что с ней могли сделать все, что угодно или вообще убить. И это было сделано явно недоброжелателями Фитцджеральдов.

Свадьба с Ноа была также необратима, как и завтрашний день и она собиралась выжать из этой ситуации максимальную для себя выгоду.

Если с самого начала они хорошо поладят, то ее жизнь будет куда легче и у нее будет относительная свобода передвижений. Последние две недели под замком показали ей, что несмотря на ограничения, ее прежняя жизнь была более свободной, чем ей казалось. Она не стала задавать вопросы Хелен, решив, что позже Ноа сможет удовлетворить ее любопытство. Что-то ей подсказывало, что причина ее внезапного похищения крылась именно в нем.

После завтрака, который ей принесли в спальню и таблетки обезболивающего, голова перестала болеть. Девушки из салона трудились над ней в течении двух часов, наводя красоту. К тому времени, как Луиза и Хелен одели ее и оставили одну перед зеркалом, Кьяра признала, что такой красивой она не выглядела никогда.

Ее волосы выпрямили и, разделив на пробор, уложили в тугой узел на затылке. Строгая прическа подчеркнула безупречный овал лица и очень ей шла. Профессиональный макияж выгодно выделил высокие скулы, сияющие легким румянцем, кажущимся настоящим, и большие карие глаза.

Губы, по мнению Кьяры, накрасили слишком ярко для ее образа, поэтому, оставшись одна, она осторожно вытерла их салфеткой и воспользовалась своей любимой помадой нюдового оттенка, которая придавала очень соблазнительный натуральный оттенок. Из украшений на ней был маленький венок с россыпью бриллиантовых цветов и серьги из того же комплекта.