Без дна. Том 2

Никто ничего толком не знает, но все уверены, что это очень серьёзный товарищ, иначе – к чему такие приготовленья? Город наводнён навезённой со всей области милицией. Таких мер предосторожности в городе не было, даже когда к ним пару лет назад заглянул представительный кудрявый и словообильный господинчик вице-премьер Немцов.

И так они поговорили о том о сём, выпили по три бокала принесённого Тоней рислинга за здравие внука, отведали чайку с диеттортом. Времени уже скоро шесть – пора расставаться. Тоня прошла в прихожую, с неловкой помощью Игоря Олеговича оделась в своё зимнее с каракулевым воротником пальто, повязалась белым оренбургским платком, а поверх платка ещё и шапочку водрузила из того же каракуля.

В этом наряде стала походить на жену какого-нибудь небогатого чиновника с картины, допустим, Ивана Крамского. Когда же совсем приготовилась уходить, опустила глаза и, едва разжимая губы: «Ты прости меня, Игорёк… Но мы теперь, боюсь, уже долго не встретимся». – «Почему?» – пробормотал Игорь Олегович. А про себя: «Ну вот! Никакая не мнительность. Но это ещё не всё. Точка-то как будто бы не поставлена. Сейчас снова услышу». «Мой, ты знаешь… совсем… Каждый раз, стоит мне только сказать, что иду к тебе, становится сам не свой. Вот и сегодня. Мне стоило это больших нервов. А обманывать его, что-то придумывать… Ну, ты же знаешь, как я устроена. Я так не могу. И так каждый раз. Когда ухожу к тебе, в голове одна и та же мысль: “Застану ли его живым?” Да, настолько серьёзно… Я понимаю, это болезнь. Он и сам это отлично понимает. Но одно дело – понимать, другое – что-то с собою делать. И вот… я встала перед выбором… Прости меня, но я больше так… разрываться между тобой и им… не смогу». Ещё какое-то время постояла, обняла, прильнула к Игорю Олеговичу. «И ещё… что я должна тебе сказать. Что я давно собиралась тебе сказать и всё как-то… Я за всю жизнь больше не встречала такого замечательного, такого доброго, честного, отзывчивого, порядочного человека, как ты. Я всегда любила тебя. Только тебя одного. Люблю до сих. А если всё так получилось, это я…» – «Да перестань, – тут уж наконец и Игорь Олегович не выдержал. – Я тоже тебе давно хотел сказать и тоже не решался. Виноват во всём один я». – «Нет! Что ты такое говоришь?! Если бы я тогда…» – «Нет, Тоня, и ещё раз нет! Если б именно я, а не ты… тогда… Мне нужно было быть осмотрительнее». – «Настаиваю: моя вина. Нужно было не поддаваться панике. Моя бесхарактерность. Испугалась трудностей.