Через тернии к звёздам

В кабинете появилась девушка в белом халате, и гинеколог продолжила осмотр, обращаясь к той девушке со словами: «Вот смотрите, тут очень хорошо видно, сердце не бьется». Самое странное, что эти слова она говорила не мне, а пришедшей девушке в белом халате, а я и мой ребенок были просто наглядным пособием.

Когда я осознала, что врач говорит про моего ребенка, что у него не бьется сердце, у меня потекли слезы, я разрыдалась и вышла в коридор, где меня ждала подруга Аня. Мне принесли стакан воды и накапали что-то успокоительное.

После УЗИ я вернулась в стационар и отнесла заключение лечащему врачу. Она быстро прочитала и сказала мне: «Готовься. Завтра будем делать операцию».

Мне предстояло прожить целую ночь с мыслью, что сейчас малыш со мной, а завтра его из меня извлекут, и я перестану быть беременной женщиной. Я уже привыкла к мысли, что у меня будет ребенок. А теперь все перевернулось с ног на голову. Завтра у меня его уже не будет. Все так быстро изменилось…

Утром меня вызвали в операционную. Я легла в кресло.

Врач спросила: «Ты точно решила?» Потом сама же ответила: «Ты же у нас по показаниям…»

Потом был наркоз. Я от него ослабела и потеряла способность двигаться, но видела яркий свет и слышала, как врачи переговариваются между собой в операционной, а еще я чувствовала мерзкое ощущение внизу живота, будто железной ложкой из меня выскребают все нутро через промежность.

После операции анестезиолог привел меня в чувство, а медсестра за руку посадила в кресло-каталку и повезла в палату.

Она задавала мне дурацкие вопросы, чтобы проверить мое состояние. Я знала на них ответы, но язык не слушался, я еле выговаривала слова. Когда меня оставили в палате со льдом на животе, я тихо плакала, а в голове была только одна мысль: «Так вот она какая, эта взрослая жизнь… Гадкая…»

Через десять дней я вернулась домой. Вроде ничего сверхъестественного не произошло, но я была уже другим человеком. Мне кажется, что именно тогда я впервые осознала, что бывают вещи, которые мне неподвластны.

До этого мне казалось, что стоит мне чего-то захотеть, и я это получу. А в этот период своей жизни я задумалась над тем, что жизнь порой вносит свои коррективы, а я не могу на это никак повлиять.

На дворе был октябрь. Было холодно и все время дождливо, как у меня на душе.

Я помню, как отнеслись к этому событию мои родители. Они приехали навестить меня после того, как я вернулась из больницы. Мы сидели втроем в машине: папа, мама и я. Было неловкое молчание.