Людовик XIV, или Комедия жизни

– Я был бы совершенно счастлив служить вам, принц, насколько мои обязанности в отношении Франции позволяют мне это.

– О Франции тут и речи нет. В этом деле вы один все можете, потому что оно касается вашего семейства; вам стоит только сказать «аминь» и дать свое благословение. Одним словом, я давно уже питаю глубокое уважение и страстную любовь к синьоре Гортензии Манчини, благородной племяннице вашей эминенции, и прошу теперь же, с согласия королевы-вдовы Англии, ее руки. Дом Стюартов может выразить вам свою горячую признательность и достойно оценить Гортензию, только предложив ей разделить со мною английский престол.

Я убежден, что синьора разделяет мои чувства.

– Я действительно заметил ваше милостивое внимание к моей племяннице, ваше высочество, но считал это за одну только любезность с вашей стороны и даже не подозревал, что ваши намерения простираются так далеко. Если же это должно случиться именно теперь, когда моему дому предстоит так много перемен, я сожалею об этом.

Вы пришли слишком поздно или, вернее, слишком рано! Я нахожусь в страшном затруднении.

– Каким же это образом, эминенция? – Карл весь вспыхнул. – Должен ли я принять ваш ответ за отказ?

– Нисколько. Надеюсь, вы не будете сердиться на меня. Это обстоятельство настолько важно, что руководствоваться только личной страстью невозможно.

– Мне, однако, в высшей степени интересно это знать.

– Предложение ваше пришло слишком поздно, ваше высочество, потому что мой племянник и единственный наследник – Арман де ла Порт, маркиз де ла Мильерей, получил мое согласие на брак с Гортензией.

– Но не согласие самой Гортензии…

– Можно обнадеживаться, но пока он его не получил, поэтому ваше предложение пришло слишком рано, не говоря уже о вас, принц…

– Я дурно понимаю противоречия, господин кардинал!

– Королевская фамилия Стюартов уже более десяти лет считается высоким гостем Франции, и я надеюсь, что, несмотря на бедствия собственной междоусобной войны, мы ничего не упустили.

Несмотря на жертвы, которые родство вашего дома с Бурбонами возложило на последних, несмотря на вспомогательные войска и деньги, которыми мы щедро жертвовали вашему печальному делу, – Мазарини пожал тут плечами, – несчастный поход пятьдесят второго года уничтожил все надежды вашей династии.

– Нет, не все, эминенция, – колко вмешался лорд Хиде.