Людовик XIV, или Комедия жизни

Мольер был глубоко тронут добротой принцессы. На глазах его дрожали слезы.

– Приказывайте, принцесса!..

– Дайте мне честное слово, что только крайняя нужда заставит вас прибегнуть к этой шкатулке, что никто не будет знать о ее существовании. Мы даем вам эти деньги взаймы и вы должны будете вернуть их, когда станете знаменитым артистом.

Мольер упал к ногам принцессы и смог только проговорить:

– Да благословит вас Бог, чудная, несравненная женщина…

Рыдания заглушили его слова.

На другой день принц и принцесса уехали в Париж. В тот же день по дороге, ведущей в Монпелье, потянулся караван труппы Бежар, во главе его шел Койпо со своим неизменным ослом. Путешественники торопились добраться засветло до Монпелье и на другой же день предполагали отправиться далее. На всех лицах лежала мрачная тень, все жестоко ошиблись в своих надеждах попасть в Париж при покровительстве принца.

Только две личности не сочувствовали, по-видимому, общему унынию – Мольер, который, спрятав на груди сокровище, подаренное принцессой, подтрунивал над гордой Дюпарк, и Арманда, которая была совершенно довольна, что началась снова кочевая жизнь. В ней уже сказывались цыганские инстинкты.

– Вот мы и опять в том же положении, в каком были два года назад, когда выехали из Лиона, – заметил Койпо, обращаясь к Мольеру.

– Ну что ж такое? Разве за это время у нас не было денег и удовольствий?

– Но зато теперь кошелек мадемуазель Бежар чертовски пуст!

– Мольер! На пару слов! – крикнула в эту минуту Бежар, сидевшая в экипаже рядом с пасмурной Флоранс.

Мольер подъехал к ней.

– Ну-с, я вам должна сообщить, что средства наши весьма плохи!

– Это не новость!

– Все это время ты играл роль любимца Конти и вследствие этого забрал в руки управление всей труппой.

Мы смотрели сквозь пальцы на твое своеволие, надеясь попасть в Париж.

– Весьма разумно.

– Но мы жестоко обманулись. Принц без церемоний вышвырнул тебя за дверь, потому что ты надоел ему!

– Это в порядке вещей!

– Поэтому я вступаю снова в свои права как содержательница труппы и прошу не вмешиваться более в мои распоряжения. Если тебе это не нравится, то можешь убираться хоть сейчас.