Эпос трикстеров – 1, или Подлинная история хартлендских богов

А шаман поворачивается и с возмущением отвечает:

– Ты дедок совсем рехнулся? Как я могу на такой праздник не идти? Кто без меня на оружие чары наложит? Сегодня равноденствие, месяц выдры наступает. Охота большая пойдёт. А если чары не наложить – до весны удачи не будет.

Олысь шмыгнул носиком и бурчит:

– Пусть вон старшой сын покамлает. У него неплохо получается…

– О-ох…

Косолапый вытащил из-под себя ногу и стал массировать ноющее колено…

Тут дядя Коля сам взялся за колено правой ноги и начал его массировать.

При этом на его лице явно промелькнула гримаса боли:

– Ревматизм проклятый. Вот шаман с такой же мордой, как у меня, олысю и отвечает.

– Молод ещё парень для таких праздников. Способный, конечно, но у него ж всего двое карапузов. Жена беременна, но ведь ещё не родила! А по обычаю шаманом может быть только тот, у кого не меньше трёх сыновей. Ты же знаешь. Старейшины такого нарушения не одобрят…

– Чё? Правда что ли? Бывают такие обычаи? – удивился Серёга.

– Да, йожкин корень! Бывают! – возмутился дядя Коля.

 – Ты вон у коми-зырян спроси, кто у них шаманом может быть? Там вообще четверых сыновей нужно иметь, а девки – не в счёт! И вообще, вы будете меня слушать или каждое моё слово под сомнение ставить? Йожкин корень! Ну, скока можно?!

– Да я просто спросил… – виновато замычал Серёга.

– Николай Денисович, прости. Они больше не будут, – вмешался Дмитрий Юрьевич.

– Ладно, – махнул рукой рассказчик. – Вернёмся к олысю. Говорит он:

– Боязно мне чего-то, Косолапый.

Я ж за тебя, как за сына переживаю. Чую, что-то неладное на празднике стрясётся. Не ходи туда.

– Эх, дедок… У меня ж тоже душа не на месте. Давеча вот во сне жёнушку свою покойную видел…

– Да ты что?! Ну, и как она? – заинтересовался домовой.

– Головой покачала и говорит: «Эх…». Не к добру всё это. По пустякам она меня никогда не тревожила. Но если к себе не звала, значит, смерть мне не грозит. А хуже смерти ничего не бывает… Впрочем мне и она не страшна.

Я в этом мире уже всё сделал. Все дети пристроены. Младшенький женился. Можно и помирать.

– Ну, не скажи…– отвечает олысь. – Есть в мире вещи и похуже смерти. Уж мне-то поверь. Я в этих делах смыслю…

– Ты дух, тебе виднее. А мне ещё мухоморы для варева почистить надо. Старик Сыч, что за большой рекой живёт, рассказал, как из них варево для камлания сделать…

– Тю-у-у… Мухоморы… Мы завсегда коноплёй пользовались. Чем она тебе не угодила? – удивился олысь.