Записки фронтовой медсестры

Эти сестры оперировали только с опытными врачами, а в малой операционной работали Арсеньева Александра Федоровна, Федоренко Раиса Федоровна, Остапченко Надежда Ивановна. В палатах работали сестры: Григорюк Вера Григорьевна, Панасенко Клавдия, Литвиненко-Богданова Тамара Митрофановна, Колдаева Ирина Константиновна, Лозовая Полина, Сербина Евдокия Ивановна, Кибина Надежда.

Это не все, многие фамилии я забыла. В подвале было сортировочное отделение, в котором работал врач Лепеха. Были у нас два фельдшера- эвакуатора, они сопровождали раненых на пароход.

Одного звали Коренной Игорь – очень красивый, высокий, статный парень, хорошо пел «Ой, зiйди, зiйди, ясен мiсяцю, як млиновее коло…». Второй Изотов – забыла имя. Не знаю их судьбу.

Затем нам прислали на помощь грузинских врачей: Долидзе – его могила на Максимовой Даче, Григорий Дурдишвили. Буржонадзе и др., фамилии не помню. Был у нас армейский хирург профессор Кофман – он у нас часто делал операции, ниже опишу эти случаи. Ортопед у нас была врач Цвангер Люсьена Григорьевна, с ней работала медсестра Сулейманова Муся, татарочка- комсомолка, они накладывали гипс.

Был у нас врач-рентгенолог, точно не помню фамилии, кажется Лощинский. Был зубной врач и пожилая женщина- лаборант, но я забыла их фамилии.

В сортировочном отделении врач Лепеха сортировал раненых, кого в первую очередь отправлять на операционный стол, кого – во вторую, кого – в третью. В сортировочном отделении были душевые, в которых мыли раненых.

Мы тоже все там мылись.

Инструменты для операционной кипятили на примусах. Был один примус на операционную и аптеку. Из-за примуса приходилось часто нервничать: нам срочно нужно кипятить инструменты, а в аптеке вот-вот должны закипеть растворы, которые стерилизуются. Автоклав у нас работал на двух примусах. Автоклавировал нам материал для операционной обученный санитар Деревянко. Готовили операционный материал операционные сестры. У нас была специальная комната, называлась материальная, и мы там все собирались и за час-полтора заполняли все биксы салфетками и шариками, которые забирал в автоклав санитар Деревянко.

Была у нас отдельная гангренозная операционная, она располагалась далеко от нашей чистой операционной, в другом конце здания. И была у нас чистая и гнойная перевязочные. Туда поступал раненые через другие двери. Кто там работал, я не помню, так как нам из чистой операционной не разрешалось туда и близко подходить.