Путь скорби (Via Dolorosa)

Взглянув на этого скрутившегося в комок, объятого ужасом парня, Марфуша вдруг почувствовала острую жалость к Гришке и стыд за такое своё поведение. Она протянула руку и пригладила вечно непослушный вихор на голове Гришки.

– Ладно, – сказала она почти ласково. – Ты меня тоже извини, не нужно было на тебя набрасываться. Но целовать меня без разрешения не смей! И других тоже, понял?

Гришка, до глубины души поражённый такой резкой сменой поведения и неожиданной лаской, быстро закачал головой.

– Х-х-хорошо, Марфуша! Не буду.

Девушка снова повернулась к реке и, зажмурившись, сказала:

– Хорошо-то как!

«Заяц» слегка накренился, пароход менял курс, на ночь нужно было ставиться на стоянку. Впереди у берега уже расположились несколько судов. Берег был пологий хороший, и баржи выстроились в два ряда, буксиры прижались ближе к берегу, кто-то уже спешил по сходням почувствовать под ногами твёрдую землю. Слышался далёкий людской говор, детский смех и плач, залаяла собака. Марфуша обрадовалась, собака водилась только на одном судне, на буксире «Пролетарий» у капитана Семёнова.

Это был пёс Скрепка, несмотря на грозный вид, был весёлый и добродушный, он отличался явной склонностью к корабельной жизни и никогда не упускал случая покачаться с любимым своим хозяином на волнах. Они с Марфушей поладили с первой встречи, пёс обнюхал протянутую руку девушки и сразу признал в ней, если не равную своему хозяину, то весьма близкую к этому. Марфуша уже представила себе, как они со Скрепкой, будут бегать по берегу и веселить многочисленных детишек, которых выгружали на берег.

Немного оправившись от случившегося с ним, Гриша приосанился и уже почти не дрожавшим голосом сказал деловито:

– Сейчас швартоваться будем, пойду, пожалуй, а то капитан хватится.

Марфуша насмешливо покосилась на молодого человека и сказала:

– Конечно иди, без тебя не справятся.

Гришка неопределённо дёрнул плечами и уже совсем было собрался уходить, как вдруг внимание его привлек необычный отблеск в закатном солнце.

Сначала один, потом второй, потом третий.

– Что это там? – Гриша напряжённо всматривался в быстро темнеющую даль горизонта.

– Где? – Заинтересовавшись, Марфуша вытянулась вперёд и даже приложила ладонь ко лбу, словно закрываясь от солнца. Но ничего не смогла увидеть. – Да где же, где?

И тут сердце Гришки сжалось и рухнуло куда-то в желудок, перестав на время отсчитывать секунды его жизни.