Иоанн Безземельный, Эдуард Третий и Ричард Второй глазами Шекспира

Ну а Шатильон, как вы уже и сами поняли, это посол французского короля Филиппа, сына покойного Людовика Седьмого от третьего брака.

– С чем пожаловали, господин посол Франции? – спрашивает Иоанн. – Что имеете сообщить?

– Король Франции передает привет и просит сказать тому, кто называет себя английским королем…

– Называет себя? – возмущенно перебивает посла Элеонора. – Странное начало.

– Мама, пусть посол договорит, – успокаивает ее король.

Посол излагает требования французского монарха: признать законные права Артура Бретонского на английский престол и передать ему трон, Англию, Ирландию и все английские владения на материке.

– А если я откажусь? – спрашивает Иоанн.

– Тогда – война. Будем брать силой то, что принадлежит нам по праву.

– Ну, война – так война. Посмотрим, кто кого.

– Считайте, что вызов брошен. Больше мне сказать нечего, – отвечает посол.

– Передай своему королю, что я вызов принял. Можешь идти. Очень скоро король Франции на своей шкуре испытает всю мощь английского оружия.

Пембрук, проводи посла с почетом.

Шатильон и Пембрук уходят.

Королева Алиенора Аквитанская. Из издания «The Pictorial Edition of the Works of Shakspere», London, 1839.

Элеонора недовольна результатом переговоров.

– Ну что, сынок? Теперь видишь, что я была права? Констанция не уймется, пока не поднимет весь белый свет на защиту прав своего Артура. А ведь мы могли это предотвратить, если бы начали мирные переговоры. Вместо этого нам придется воевать, и два великих королевства, наше и французское, будут истекать кровью.

Что хорошего-то?

– У нас есть власть, и право тоже наше, – самоуверенно отвечает Иоанн.

– Лучше бы ты меня слушал, – вздыхает Элеонора. – Я плохого не посоветую. Никто, кроме Бога, не узнает, что ты прислушиваешься к мнению матери, твоей репутации мои советы не угрожают.

Можем считать, что первые мазки на картине положены: Элеонора – спокойная мудрая миротворица, предпочитающая переговоры и взаимные уступки, а не войну, а Иоанн скор на выводы и решения, грубоват, хамоват и самонадеян.

Более того, он считает ниже своего королевского и мужского достоинства прислушиваться к тому, что говорит женщина, даже если это его мать, человек с более чем полувековым опытом пребывания в королевском статусе.

Входит шериф и шепчется с Эссексом.

– Государь, – говорит Эссекс, – к вам там два человека пришли, просятся на прием, хотят, чтобы вы разрешили их спор.