Письма Ирине. Роман в письмах

Это было самое настоящее светопреставление! Вода по улице Московской лилась под уклон столь могучим потоком, что, в ожидании автобуса, нам пришлось залезть на скамейку, иначе ноги были бы сырыми по самые уши. Впрочем, так и произошло. Домой мы пришли совершенно мокрыми, но счастливыми и ничуть не жалели о том, что ЗАГС встретил нас закрытыми дверями. Все это было похоже на сцену из старого итальянского фильма о любви, и, порой, мне даже казалось, что фоном звучит музыка. С той разницей, что все это происходило не на экране, а в жизни.

Теперь я знаю – так выглядит счастье.

На следующий день, 6 июня мы снова пришли в ЗАГС и подали заявление о регистрации брака. Позволь заметить, что это произошло в день Великорецких торжеств, хотя тогда мы об этом не знали. Свадьба была назначена на 25 августа. Также на август запланировали свои свадьбы Оля Кальсина и Наташа Шутович, а замыкать этот «парад невест» предстояло тебе, что сразу напомнило мне историю про трех подруг из фильма «Москва слезам не верит».

Подготовку к свадьбе помню смутно. Лишь помню, что мы старались все делать вместе. Вместе покупали кольца, ездили за туфлями, выбирали фасон свадебного платья и удивлялись, когда на примерке, увидев тебя, швея счастливо выдохнула:

– Ну, слава Богу! Красивая невеста! А то закройщик снял такие мерки, что я перепугалась, кому такое платье может быть в пору? Поэтому решила сама вас увидеть и правильно сделала. Теперь будем шить!

И, правда, свадебное платье получилось великолепным.

Как ты была в нем хороша! Позже я видел и венчал немало невест, но такого сочетания простоты и элегантности никогда не встречал. А затем в июле, в самый разгар всей этой предсвадебной суеты, я… уехал в стройотряд в поселок Тылай, где меня уже дожидались пять членов комсостава, двадцать трудных подростков и тридцать километров узкоколейки.

В первый же день, по пути на работу, не проехав и нескольких километров, наш вагончик весело спрыгнул с рельсов и, проскакав по шпалам метров сто, перевернулся вверх ногами.

Когда это произошло, я стоял в тамбуре, и сам не понимаю, с помощью каких акробатических трюков остался жив. Если бы меня выбросило на шпалы, вагон размазал бы меня, как кусок паштета по корочке хлеба. По большому счету, всем нам несказанно повезло, поскольку вагон сошел с рельсов, в аккурат, между двумя озерами. Случись иначе, мы ушли бы под воду, но Бог милостив, и мы остались живы, только водитель мотовоза сломал руку.