Спасти Цоя

Не лететь тем злосчастным рейсом Тель-Авив – Новосибирск… А с другой стороны, отвел бы опасность с крушением самолета, а беда бы неожиданно свалилась откуда-нибудь еще – кто знает?

Состояние мое было, прямо скажем, неважнецкое: глаза заслезились, к горлу подступил комок, лицо от душевной муки скорчилось, вот-вот сейчас зареву… Но тут Шульц, хоть и продолжал слушать свою долгоиграющую коробочку, непонятным образом уловил мое состояние, остановил музон и с участием спросил о мужчине с мальчиком: «Кто они?»

Отмалчиваться или юлить не было никакого смысла.

– Мой папа и я сам, – ответил я сдавленным голосом, изо всех сил борясь с подступившими слезами; он был в курсе, что мои родители трагически погибли в авиакатастрофе.

– Я так и подумал… А почему меня не предупредил?

– Не был уверен, что встретим, – ответил я, взяв себя в руки. – Ладно, Шульц, потопали на станцию. Обсудим, что будем делать дальше.

Да, не мешало бы крепко поразмыслить, ведь с Цоем что-то не заладилось с самого начала, я еще толком не успел ему ничего сказать, а он уже погнал на нас, обвиняя черт знает в чем… И откуда он только нас знает, вернее сказать – когда узнал? И что за журнал имелся в виду, на обложке которого красовалась морда «последнего героя»?

На обратном пути, уже сидя в электричке, я все ломал голову над этим животрепещущим вопросом, как вдруг меня осенило: я понял, что за журнал, и от внезапного прозрения меня аж холодный пот прошиб… Но как такое возможно? Что еще за временные выкрутасы? Смутные догадки, терзавшие меня, заставили взять в оборот Шульца.

Я насильно вытащил из его ушей затычки и засыпал вопросами, заставив вспомнить во всех подробностях факт моего появления у него дома в далеком 1972 году. С чем, с какими необычными предметами из будущего я к нему прибыл, кроме подаренных.

Оказалось, как я и подозревал, прибыл с журналом Fuzz с комиксовым Цоем на обложке, с тем самым номером, готовившимся к печати, да так и не успевшим выйти до моего отъезда в Ригу.

По словам Шульца, журнал я ему предъявил в качестве неоспоримого доказательства, что прибыл к нему из будущего, – там же год и месяц были указаны на обложке и в выходных данных… Только вот журнал показался ему странным, хоть и весьма занятным – отпечатанный на прекрасной мелованной бумаге и с красочными снимками. Подобных глянцевых изданий в те годы Шульц не встречал в киосках «Союзпечати».