Дети Агамемнона. Часть I. Наследие царей

Властелин Итаки одевался как обычный моряк, что не удивительно – большая часть его жизни прошла на корабле.

Этот человек был по-своему красив, хотя солнце, ветер и прожитые годы давно покрыли его лицо глубокими морщинами. Одиссея любовно называли морским старцем – он делал вид, что прозвище жутко его раздражало, но на самом деле вовсе не был против.

– Не пора ли выдвигаться, господин? – чей-то голос вывел царя из задумчивости. Одиссей пару раз моргнул и перевел взгляд на стоявшего рядом широкоплечего моряка.

– Ты иди, Мелетий. Проследи, чтобы вино в амфорах было не разбавлено, и позаботься о мясе. Все как обычно.

– А где искать тебя после, мой царь? – с настойчивостью уточнил собеседник. Мелетий во всем любил порядок и иному мог показаться занудным, но его повелитель считал эту дотошность весьма полезной.

– Хочу еще немного поглядеть на порт да побродить по окрестностям… Кто знает, когда еще получится навестить Пилос! Не переживай, к середине дня я вернусь на корабль.

Кивнув, Мелетий быстрым шагом направился к итакийскому судну.

Одиссей проводил его взглядом. Он ни разу не пожалел, что взял на борт этого человека, который всю жизнь пас овец и до недавних пор ничего не знал о морском деле.

Жена и дети Мелетия скончались от лихорадки, после чего тот попросился в команду моряков. Единственный, кто остался из его родных на Итаке, был его брат, Колот. Однако ему приходилось содержать семью, и Мелетий не желал становиться обузой. Нет, он предпочел сесть за весла, чтобы впервые покинуть маленький остров, на котором родился и вырос.

С тех пор минуло несколько лет. За это время Мелетий посетил множество земель. А Одиссею не раз пригодились его навыки в долгих морских походах.

Царь улыбнулся – подбирать нужных людей в команду он, бесспорно, умел.

Тут его внимание привлекла перебранка двух лодочников, едва не сцепившихся веслами. Вопли рассерженных гребцов разносились по воде, а само зрелище казалось презабавным. Порт Пилоса был весьма оживленным местом – он едва вмещал прибывающие торговые галеры со всего света, военные суда и мелкие лодочки местных жителей.

Однако суматоха царила лишь у берега: далее расстилалась морская гладь, которую в месте соединения воды и неба словно укрывал полупрозрачный туман.  Эта синева дышала зноем и поражала неброской, но притягательной красотой.

Боковым зрением Одиссей заметил какое-то движение и обернулся: в двадцати шагах стоял молодой мужчина и приветственно махал рукой.