Путешествие котуркульского крокодила. Начало

Бабушку привели в чувство, помогли дойти до дома. А дома она обнаружила, что продуктовых карточек в сумочке нет. Это была катастрофа. Месяц только начинался и им предстояло прожить три недели без хлеба. Их неминуемо ждала голодная смерть.

Они умирали от голода в своей холодной комнате, лежа на кроватях, укрывшись всем, чем только возможно, безразличные ко всему и к смерти тоже. Первой умерла Янина. Перед смертью она просила горячий чебурек и сладкую конфету и обещала после этого уйти из жизни и не быть больше обузой.

Но конфету ей не дали, не было ни конфеты, ни чебурека. Не было ничего.

После смерти Янины очередь наступила для Марии, но в доме неожиданно появилась школьная подруга Лены, она собрала на продажу что-то из оставшихся вещей и принесла хлеб и черничный отвар. Это вернуло моим родным какие-то силы, и они встали на ноги.

Лена прибавила себе полтора года и устроилась на фармацевтическую фабрику, разливала какую-то жидкость по бутылкам. За работу давали хлеб. Это позволило им дотянуть до весны.

Бабушка не любила вспоминать перенесенные испытания первой блокадной зимы, где она потеряла сестру и чудом уцелела с дочерью.

Летом 42-го они эвакуировались. Мария Кондратьевна с дочерью уходили по Ладоге на катере. Мария не спускалась в трюм катера, она сидела на верхней палубе на своем чемодане и смотрела на немецкие самолеты, которые их бомбили. Страха не было, только безразличие.

Мама с дочкой направлялись в Новосибирск к дальнему родственнику Юрию. Беженцы были размещены в товарных вагонах без удобств.

Им дали какой-то еды. И случилось страшное. Желудки блокадников отказывались от пищи, взбунтовались. Открылся жуткий понос. Люди выскакивали на остановках и садились под вагон все вместе: мужчины, женщины, дети. Не обращали никакого внимания друг на друга, не стеснялись, садились рядом и облегчались.

Поезд шел долго, часто останавливался, подолгу стоял. Возможно, они ехали целый месяц, а, может быть, и больше.

В Новосибирске по указанному адресу они не нашли Юрия.

Пришлось вернуться на вокзал, где они прожили несколько дней. Спали сидя, вцепившись в свои вещи.

К ним подошел мужчина и предложил ехать дальше вместе. Он пригласил их пообедать в привокзальный ресторан или столовую. Рассовывая по карманам весь хлеб, лежащий на столе, он огласил свое условие:

– Нам нужно породниться.

При этом он многозначительно посмотрел на 15-летнюю Лену. В планы моей мамы не входило породниться с первым встречным мужчиной.