В пасти дракона

Китайские железнодорожные рабочие не пускали к стрелкам. Пришлось прогнать их, а на паровоз поставить защиту.

Протрубили поход. С локомотива взвизгнул свисток, и поезд, громыхая колёсами, тронулся в недалёкий, но опасный путь.

– Господи, благослови! – истово крестились солдатики. – Кому-то вернуться доведётся!

– Вернёмся!..

– Только бы поспеть да своих вызволить.

– Вызволим! Долго ли ехать? Почитай, завтра будем на месте.

– Хорошо бы так!

Поезд шёл по безлесной равнине. Скучная картина открывалась из окон, и в них никто не смотрел.

– Не совсем приятно, что приходится идти под начальством чужого! – говорили в офицерском отделении.

– Что же поделаешь? Сеймур старший в чине… Хитрецы эти англичане. Они везде так; где мало-мальски серьёзное дело, сейчас у них адмирал и начальствует всеми по старшинству. Предусмотрительный народ!

– Вот как-то он здесь себя покажет?

– На чём же ему показывать?

– Как на чём? Да разве шуточное это дело – без дозволения правительства явиться в столицу громадной страны только с двумя тысячами людей и устроить в ней мирные порядки?

– Но ведь этого никто Сеймуру не поручал.

– Так он и сам знает, что делать. К тому же у него есть на этот счёт, вероятно, свои собственные соображения.

Да, они, эти «собственные соображения», несомненно, были у английского моряка-дипломата, когда он рискнул на этот безумный поход жалких единиц против многих десятков тысяч. Всё ставилось на карту, не только жизнь этих так покорно следовавших за Сеймуром людей, но и тех, кого он шёл спасать, не только престиж Англии, но даже престиж всей Европы, даже будущая удача в рискованном деле.

Ведь понимал же этот англичанин, что малейшая неудача ободрительно повлияла бы на всех китайцев, они увидели бы воочию всё бессилие Европы, так долго державшей их в страхе перед собой и вдруг оказавшейся бы бессильной перед жалким отрядом вооружённых копьями, кремнёвыми ружьями да ножами дикарей. Но гордый лорд, несмотря ни на что, рискнул. Слишком уж лакомой приманкой показался ему Пекин. Стоило только попасть туда с вооружённой силой, так никто бы в мире не выгнал оттуда англичан: ни китайцы, ни европейцы. Столица Китая стала бы их городом, раз над нею взвился бы английский флаг. Понадеялся же Сеймур на то, что военный престиж Англии стоит слишком высоко в Китае. Ведь знал он, что даже такие могущественные государства Европы, как Франция, начинали трепетать, когда британский Лев стучал своим мечом. А тут жалкий Китай!..