Императив. Беседы в Лясках

Это было великое счастье, к тому же немножко помогла Франция.

– Франция помогла опять же поляками?

Впервые в России. Сочи, 1958 г.

– Ну нет, де Голль[4 - Шарль Андре Жозеф Мари де Голль (1890–1970) – французский военный и государственный деятель, генерал. Во время Второй мировой войны стал символом французского Сопротивления. Основатель и первый президент Пятой республики (1959–1969).] тоже был тогда в Польше, и Вейган. Вейган – генерал, который, по легенде, был сыном Шарлотты Бельгийской, вдовы Максимилиана Габсбурга, императора Мексики.

Но официально великий генерал Первой мировой войны Вейган считался сиротой.

– Польша смогла еще в 1920 году получить Киев, а потом…

– Ну да, но никто не говорил, что Киев – для Польши, говорилось, что это было сделано для будущей Украины. Но поляки надеялись, что будет Украина, которая снова согласится на какую-то ассоциацию с Речью Посполитой. Пусть и на каких-то новых условиях. Условия XVIII века были уже совсем не актуальны.

– Почему два народа – поляки и литовцы, – которые были все время вместе, даже в 1863-м, почему эти народы разошлись в 1919 году и произошла катастрофа?

– Там поднял голову, я не хочу сказать, что национализм, это звучит как критика, но что-то произошло, они дозрели до самостоятельности.

Литвины очень сильно полонизировались, и это как в браке – нельзя сказать, что поляки что-то делали силой, потому что было наоборот: возглавляли Речь Посполитую литовцы. Но польский язык был более развит в те времена. Польская культура была более богатой, и они полонизировались очень легко и глубоко. Были времена, когда людей, которые владели литовским, в Литве было очень мало. Но они хотели заново найти свою национальную идентичность. Возьмите Оскара Милоша[5 - Оскар де Аюбич Милош (1877–1939) – французский поэт и литовский дипломат; родственник (дядя) и наставник Чеслава Милоша.], того, первого Милоша (второй стал нобелевским лауреатом).

– Чеслав Милош[6 - Чеслав Милош (1911–2004) – польский поэт, переводчик, эссеист.

Лауреат Нобелевской премии по литературе 1980 г., праведник мира.]…

– Да. А его дядя был послом независимой Литвы в Париже. Он вообще не говорил по-литовски, но при этом не хотел, чтобы Литва была с Польшей. Так что это тогда еще проявилось – желание независимости. А то, что большая часть жителей Литвы хотела быть с Польшей, довело до конфликта. К счастью, не такого кровавого, но все-таки это был очень драматический конфликт.