Святополк Окаянный

Дружинники уже пьяные, ведут шумные беседы, кричат, а кто-то уже ткнулся лицом в блюдо с жареным поросенком, обглоданным с одного бока; и не понять уже, где морда свиньи, а где дремлет почтенный боярин. В темном углу другой дружинник завалил девку, что прислуживала, на колени и лезет ей под подол. Пьяная девка смеется, и ее оголившаяся рука цепляется за чашу с вином.

По бледному лицу Великого князя блуждает рассеянная улыбка, и, кажется, он пьян не меньше своих гостей.

– Пей! Гуляй! Девок щупай! – Князь пир дает своим верным другам.

И он любит их, и они его любят. И они лезут к нему с кубками, чтобы облобызаться.

И только хищный глаз воеводы отпугивает слишком навязчивых. Воевода Добрыня не князь, дружинникам спуску не дает, знает, что от него зависят милости князя.

Но только Святополк догадывается, что тем временем представляющийся захмелевшим князь Владимир на самом деле трезв и тщательно прислушивается к ведущимся разговорам. Пей, гуляй, добрый князь пир дает, и сам он кажется пьян не меньше своих другов.

Язвительно кривит тонкие губы Святополк и хрустальным разумом повторяет слова: «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке».

Святополк твердо помнит заветы греческих мудрецов: умному правителю стоит внимательно слушать пьяных, чтобы знать, чего следует ожидать от своих приближенных.

Вот толстый боярин Блуд, тот, что предал отца, смеется, показывая гнилые черные зубы. Толстое масляное лицо трясется. Иудины глаза залиты салом.

– …Я говорю, задирай подол, мне некогда возиться с тобой.

А тут вылезает вонючий смерд с ржавым мечом. А меч-то держит, как палку. Откуда-то взялись малые щенки, истошно визжат. Я спрашиваю, – чего тебе? Он – это моя женка! Ну и что, говорю. Хотя… Раз вылез, тогда помоги эту суку придержать, а то брыкается. А щенков угомони. А он на меня кидается, как голодный пес. Ну, я ему голову и отхватил одним махом. Как кочан капусты полетела. Потом, думаю, раз уж замахнулся, то не стоит руку задерживать, и смахнул голову и этой сучке, да заодно и щенков покрошил…

Боярин Улеб, слушавший Блуда, захохотал громовым голосом, брызжа липкой слюной изо рта и держа в руке кусок жареного мяса.

– Значит, так и обломилось?

Святополк брезгливо морщится, о порядках в киевской дружине он хорошо знает: все, что попадается на глаза дружиннику, его законная добыча. Отказу дружиннику ни в чем не может быть, в том числе и от женщин. Миром властвует меч.

Но Святополку в силу младости все это еще кажется подлым.