Русские в Сараево. Малоизвестные страницы печальной войны

Не все из того, что в ней сказано, произошло с ним, рядовым военным врачом, терапевтом, неврологом, а иногда – хирургом и даже акушером: на войне бывает всякое.

И, может быть, не все описанное даже произошло в реальности: это художественное произведение, и образы, созданные писателем, собирательные. Но в основе этой повести – реалии тех лет, опыт самого писателя.

    Андрей Паршев,

    писатель, экономист, полковник в отставке, автор книги «Почему Россия не Америка»

О русских добровольцах в Югославии

Истина о появлении и деятельности русских добровольцев в бывшей Югославии долгое время находилась в России под неофициальным запретом.

Кто-то весьма упорно распространял слухи о русских добровольцах как об обычной банде, вторя многим западным СМИ.

Впрочем, и официальная политика сербских верхов не многим отличалась, ибо в ней добровольцы-«русы» рассматривались через призму догм старой социалистической Югославии как «националисты» и соответственно как своего рода «пятая колонна» НАТО.

В последнем случае это было достаточно парадоксально, ибо даже в ходе войны представители аппарата бывшей СФРЮ в своей массе продолжали оставаться во власти всех участвовавших в войне сторон и как раз в Сербии государственный аппарат бывшей СФРЮ, получив все мыслимые полномочия, полностью контролировал все, что происходило в сербском обществе – от частного бизнеса до «идеологических проектов» самых разных направлений.

В бывшей Югославии на практике можно было наблюдать, как так называемый Запад смог организовать внутренний вооруженный конфликт, уничтожив сильное и процветающее государство, опираясь на определенные силы в аппарате власти бывшей СФРЮ, зачищенном в ходе достаточно продуманных процессов от честных и принципиальных чиновников.

А некоторые из таких аналитиков и русских добровольцев решили включить в список «поджигателей войны» по инициативе некоторых не в меру ретивых (а в иных случаях и несколько психически нестабильных) личностей в иных спецслужбах.

В силу этого приходилось сталкиваться с политикой негласных запрещений публикаций в СМИ и блокирования выхода книг, в которых русские добровольцы представлялись бы во сколько-нибудь положительном свете, и велась кампания по их дискредитации на основе выдуманных фактов и очевидно тенденциозных свидетельств.