Герой своего времени. Книга о Викторе Агееве

Как же получалось, что спортивная, а не какая-либо другая среда порождала людей, наиболее отвечающих эстетическим идеалам неразрешенного вольнодумства? Причем не только на арене, но и в быту, контролируемом в советские времена с почти инквизиторской суровостью…

В 1960-е годы прославились ведь и чемпионы, не уступавшие или почти не уступавшие в дарованиях Власову, Брумелю, Талю, Воронину, Агееву, Кучинской, однако в рамках заданной правильности ничуть не тяготившихся душевно (либо не подававших вида, что все-таки тяготятся).

Но чемпионы без «придури» (или «придурь» эту скрывавшие) и не оставили после себя загадки для последующих десятилетий, хотя как символы и эмблемы в спортивной истории задержались.

Может быть, в том-то и дело, что названные мною вряд ли могут быть примером для подражания в силу их самих же мучившей неподражаемости, обрекавшей на ту или иную форму одиночества? Хотя и не поручусь, что одинокими в конце концов не ощущали себя и невзбрыкивающие символы-эмблемы…

Виктор Агеев – герой своего времени

Большинство из тех, в чей ряд я, не задумываясь, включил Виктора Агеева, а не Лагутина или Попенченко, фигурируют в разного вида символических списках, составляемых экспертами и журналистами в конце XX века.

У моего героя объективных возможностей попасть туда не было. Но учитывая своеобразие страны, где он жил, дрался и не затерялся, смешавшись с массой утративших к себе интерес людей, абсолютному признанию всегда препятствует недостаток или полное отсутствие признания на бюрократических этажах.

И недополученное в общем порядке с лихвой, по-моему, возмещается мифом частного присутствия в истории…

Что из того, что Агеева первым в его жанре не назовут, как поспешили бы сделать, заговори мы про Брумеля, про Власова, про Яшина?

Ведь сказал же про него писатель, наиболее чутко выразивший молодое брожение 1960-х, Василий Аксенов: «В любой другой стране он стал бы кумиром молодежи».

У нас же в ту пору подобные качества не могли быть в чести. Сам Агеев иронизировал: чемпиону нашего бокса требовался имидж комсомольца.

Знаменитого боксера В. Агеева узнавали автоинспекторы

Образ Агеева продолжал существовать, что бывает крайне редко, и безотносительно успехов на ринге.