Открывая глаза

Ошибку могли сделать те, кто написал эти книги, и я думаю, только потому, что не обладали достаточной информацией.

– Мистер Гудвин, – решительно прервал его преподаватель, которому изрядно надоел кружащий вокруг него студент, – вы сделали несколько ошибок в работе, поэтому вам стоит сказать мне спасибо, что я снял с вас только десять баллов, а не все, так как студенту на последнем курсе медицинской школы недопустимо делать такие оплошности.

Пол едва пересиливал себя, чтобы не ударить профессора, которому хватало наглости лгать в глаза.

– Успокойтесь, ещё раз вас прошу, иначе наш разговор не продолжится. Дайте мне свою работу. Так… так… вот вы пишете, что смертельный страх является самостоятельным симптомом angina pectoris. Кто вам сказал такую откровенную чушь?

– Вы правы, что этого нигде не написано, но такой вывод я сделал сам на основе многочисленных…

– Да, вот ещё… вы обвиняете медиков прошлых лет, я бы даже сказал, прошлых веков, в том, что они, не имея достаточных знаний, прописывали больным ненужные им препараты, часто им вредившие.

– Разве вы с этим не согласны? – не понимая претензии преподавателя, спросил Пол. Студенты внимательно следили за спором.

– Вы же сами подтвердили, что эти доктора могли ошибаться, так зачем вы на них ещё клевещете. Или думаете присвоить себе таким образом сомнительную славу. Тем более, вас не просили приводить собственные соображения и выводы. Вам дали задание сделать подробный доклад на тему развития знаний и методов лечения angina pectoris, который был бы впоследствии помещен в наши школьную книгу по истории медицины.

– Я прекрасно помню, что мне задавали, но я не сделал ни одной ошибки! То, что я выразил собственное мнение, можно потом будет и убрать, меня это не волнует. Но я прочитал этот доклад перед курсом и хотел показать всем, что…

– Что думаете об этом вы? Прекрасно, тогда вы лучше подойдете нашей мэрии, чем нашей школе. Там позволительно говорить сколько угодно и кому угодно то, что думаете.

Рассерженный, Пол, направился к выходу, но, уже взявшись за ручку двери, остановился, пристально посмотрев на профессора. Его до глубины души задели слова Хованьского. Мужчина знал, что профессор не прав, и лишь ради того, чтобы Сариту, поведавшему невзрачный рассказ о скарлатине, поставить больше баллов, он нашел в докладе Гудвина выдуманные ошибки. В аудитории повисла тишина. Взоры студентов были обращены к Полу, который над чем-то раздумывал.