Открывая глаза

Вроде бы это здесь, – завернув за угол одной из узеньких улиц, они подошли к первому двухэтажному домику, поднялись по небольшим ступенькам, и Ханна постучала в одну из дверей. Ответом ей послужила тишина. Она постучала снова, услыхала чье-то движение и мысленно порадовалась за то, что не зря оторвала Бигелоу от работы. Дверь им открыла невысокая светловолосая девушка, заспанная и не понимающая, кто стоит перед ней; её растрепанные волосы были неаккуратно разбросаны по голове и плечам, точно тонкие ветки, собранные в огромный веник, от которого во все стороны торчали длинные концы.

Но Ханне показалось, что даже если бы девушка поработала над собой, она бы не стала более симпатичной – её лицо было сильно опухшим и заплаканным, щеки от частых слез были красными, а глаза упорно не хотели смотреть вверх.

– Что вам? – сонным сухим голосом поинтересовалась девушка.

– Мисс Лонгман?

– Да, это я.

– Мы журналисты из газеты «Нью-Йорк ивнинг пост».

Меня зовут Ханна Гудвин, а это – Джон Бигелоу. Мы хотели бы поговорить с вами по поводу вашего дедушки. Ваш адрес нам дали в газете, где работал ваш дедушка, но мы вас по нему не нашли. Мужчина, живущий по соседству с тем домом, куда нас направили, сказал, что сейчас вы проживаете здесь.

Девушка не знала, что ответить. Было видно, что она не желала кого-либо видеть, но немного подумав, промолвила: – Хорошо, проходите, раз вы даже мистера Питкинса побеспокоили.

Ханна вошла, а Джон ещё некоторое время стоял у порога, вытирая свои прежде блестящие туфли, которые потеряли весь свой лоск после прогулки по набережной и от которых теперь шел неприятный запах.

Пока двое незнакомцев сидели на старых стульях в гостиной, хозяйка дома делала им и себе чай.

– Ханна, ты мне так и не ответила, зачем мы здесь! – тихо проговорил мужчина.

– Это внучка умершего журналиста, о котором я хочу написать, – разглядывая бедно обустроенную комнату, ответила журналистка.

– Вон оно что… А я, увидев её, не мог понять, почему же такая молодая девушка так плохо выглядит. Ты уверена, что сейчас её стоит беспокоить?

– Надеюсь, что она уже немного отошла, потому что кроме неё мне никто не сможет дать достаточно информации! Постараемся вести беседу аккуратно.

Мужчина вертел головой, рассматривая комнату.

– Как же бедно она живет.