Открывая глаза

– Я пойду на улицы! Я сам сделаю революцию! Буду собирать людей, говорить им, что… Да им ничего не надо будет говорить! Ты сам каждый день видишь, что твориться в городе, ты должен понять, какое количество людей послушает меня! Какое количество бедноты пойдет со мной!

Джерри подумал, что Гудвин обезумел. Пытаясь хоть немного успокоить Митта, хотя бы на секунду увидеть его спокойный взгляд, не одержимый сумасшедшими идеями, Джерри несильно тряхнул тело старика. Тот никак не отреагировал, смотря на молодого мужчину, но, не видя его.

– Митт, Нью-Йорк один из процветающих городов. Бедность у нас, это не единственная проблема. Есть ещё рабство. А фермеры с их бедной землей на Западе, есть же ещё индейцы, жизнь которых попросту обречена. Вам стоит успокоиться и подумать, вы тогда поймете, что не нужно делать поспешных выводов и что бунтом в одном городе ничего…

– Я бы жизнь отдал, чтобы эти бедняги, о которых ты сказал, стали счастливее, но я не в силах что-либо сделать для них, пока в правительстве будут сидеть лживые твари, набивающие свои карманы деньгами, – прокричал мужчина на Джерри, придя, наконец, в себя.

 – Я помогу людям этого города тем, что открою им истинное лицо этих мерзавцев, разносчиков всех людских бед, которые подминают под себя каждого, кто им не по душе. Эти проклятые воры, полицейские, банкиры, депутаты, министры… Они хуже, чем тиф или холера. Чего стоит этот министр, Новак! Я его хоть сейчас задушил бы своими руками.

– Но у вас же нет никаких доказательств, кроме ваших предположений.

– Джерри, мне достаточно было увидеть хитрый взгляд этого человека, чтобы понять, кто он есть на самом деле. Я ни единожды видел такой взгляд, и всегда он означал одно и то же – стремление к власти любой ценой, лживость, низость, хитрость, тщеславие!

Джерри не нашел, что ответить. Мужчина говорил уже не с ним, а с самим собой или может, ещё с кем-то, в любом случае, это было ненормально, и молодой человек попытался ещё раз утихомирить буйство старика.

– Митт, не торопитесь.

Вам нужно какое-то время подождать, а потом уже что-либо предпринимать.

В ответ он увидел бешеный взгляд Гудвина и замер. Никогда ещё Митт не смотрел и не обращался к американцу так, как он это сделал:

– Послушай, Рожен. Не мешай мне! Они ответят за всё! Я потратил жизнь, чтобы добиться чего-то, и не сдамся из-за шайки преступников на верхах.

– А как же Ханна и Пол? Подумайте об их жизнях, какими они станут, если что-то случится с вами.