Проект «Орлан»: Одинокий рейд. Курс на прорыв. Фактор умолчания

И порадовался, что не успели «ободрать» слётанную авиагруппу в пользу проходящего ходовые «Нахимова».

«Или только будет проходить? Это если “здесь”. А “там”? Наступит ли оно теперь – это “там”? Так, Коля, давай-ка не будем себе забивать голову тараканьими жопками, как любит говорить Скопин». Вспомнив о старпоме, сразу почувствовал, как усталостью набрякли, потянулись вниз веки, опустились уголки рта, словно под ударным гравитационным птозом[74 - Гравитационный птоз – состояние, при котором под действием силы земного притяжения провисает кожа лица.

]. «Надо обязательно наведаться в лазарет и узнать о потерях». Что-то там нехорошее краем уха услышал на ГКП о Скопине – ранение в голову и потеря глаза. Его даже передёрнуло, когда он попытался себе это представить.

Слышал, как протарахтел второй «камов», удаляясь по правому траверзу.

Третья машина неожиданно навалилась хлюпаньем лопастей, весьма неторопливо, почти по-хулигански проходя вдоль борта мимо мостика, и Терентьев невольно помахал рукой, разглядев блеснувший шлем крутившего головой пилота.

Видимо, у того в полётном задании был непосредственный курсовой сектор – вертолёт уходил строго вперёд по генеральному курсу крейсера.

«Пойду в лазарет, подбодрю раненых… хотя это лучше бы получилось у говоруна Скопина. Но если его так серьёзно зацепило… Нда-а! На мостике старпома я увижу не скоро. Эх, Андрюша, как же тебя угораздило?»

Кивнув вахтенному сигнальщику, Терентьев нырнул в дверь, двигая к лифту.

«А потом допросить цэрэушника. Даже если он мало что знает о планах “вашингтонских ястребов”, то и по косвенным факторам можно будет определить – насколько далеко готовы пойти янки. Вот тут к месту был бы прежний особист – опытный волчара и тонкий психолог. Но вместо него прислали дрища? столичного, да ещё и с гонором».

Уже в лифте почувствовал перекладку руля – его плавно потянуло вбок, на стенку. Выпустив вертолёты, крейсер снова ложился на противолодочные зигзаги.

Близость к медицинскому отсеку обозначилась издалека.

Сначала в коридоре встретились два матроса.

«С перевязки, – подумал сразу, – судя по бинтам и слегка ошарашенному виду».

От парней пахну?ло медицинскими препаратами, а вскоре он окунулся во все эти не совсем жалуемые им флюиды, подойдя к медблоку. В тамбуре махнул «вольно» двум подобравшимся при виде командира корабля морпехам и санитару, возившемуся со своим врачебным тревожным чемоданчиком.