Христоверы

Что скажешь на моё предложение, Иван Ильич? Ты согласен?

– Согласен не согласен, всё одно деваться некуда, – вздохнул Сафронов. – Так где поставить подпись, ваше благородие, или на слово поверите?

Поручик пододвинул к нему чернила, перо и бумагу:

– Купцы всегда говорят правду, и им можно верить на слово. Но в нашей службе ко всему свои требования. А теперь бери перо и бумагу, Иван Ильич. Сейчас мы составим документ, который положит начало нашей вечной дружбе и взаимопониманию.

9

Просёлочная дорога шла из Самары сначала полем, затем краем леса.

Шедший по ней человек в солдатской форме выше среднего роста, широкоплеч, и… Голову и лицо солдата скрывали бинты.

Солнце затянули тучи, и духота стояла нестерпимая. Ни птиц, ни мошкары… Всё замерло вокруг в ожидании дождя.

– Эх, до леса бы дошагать и не окочуриться, – шептал под нос солдат, сгибаясь под тяжестью ноши. Два больших кожаных чемодана в руках, вещмешок за плечами и скатка шинели на шее значительно затрудняли передвижение.

Бинты и форма насквозь пропитаны потом. Но солдат не обращал внимания на это неудобство. Свернув с дороги влево, он углубился в лес. Но и среди деревьев не ощущалась желанная свежесть: адская духота царила и здесь. Тогда солдат присел на ствол поваленного весенним наводнением дерева и поставил чемоданы у ног.

– Кажется, где-то здесь, – прошептал он, осматриваясь. – Если я ничего не напутал, то здесь…

Немного отдышавшись, мужчина хотел продолжить свой путь, но, услышав журчание воды, передумал.

Спрятав чемоданы за ствол дерева, солдат отправился на поиски реки. Горло пересохло до самых внутренностей, а тело… Оно просто огнём горело под одеждой и требовало освежительной влаги.

Речку он нашёл быстро, но войти в нее решился не сразу. Вода в реке ещё не очистилась после паводка и казалась мутной и коричневой. Но выбирать не приходилось. Желудок горел с такой силой, будто в бушующий пожар подлили масло.

– Э-эх, была не была, – вздохнул солдат, встал на четвереньки у кромки и, опустив голову, коснулся губами воды.

Он пил с жадностью, отрываясь на мгновение, чтобы перевести дух. Попадая внутрь, вода гасила пожар в желудке, но жажда не проходила. Вдоволь напившись, солдат встал на ноги. Ему стало так хорошо, что не хотелось никуда двигаться.

– Нет-нет, не время нежиться, – опомнился он и вскочил на ноги. – Вот-вот дождь пойдёт, а я ещё не сделал того, для чего сюда пожаловал.