Катька – пограничная собака

Неподалёку от неё был летний бассейн – РДВ-5000, наполненный водой, куда можно было занырнуть, спасаясь от афганского пекла. Его прикрывали сеткой и следили за регулярностью наполнения водой. Тут же, в автопарке, построили аккумуляторную, куда периодически, по договоренности, привозили заряжать аккумуляторы даже из дивизии, на что сержант Васин ворчал сквозь зубы: «Своих нам мало, ещё с чужими возись…». Помогать механикам-водителям – таскать аккумуляторы в горку, – не входило в его обязанности, но как не помочь, если вес этого агрегата от БМП – 70 кг, а вес того же Порядина гораздо меньше…

Механик-водитель Саша Порядин вообще попал в Афган добровольно-подпольно: он женился до армии, а когда был в учебке в Гайжюнае, у него родился сын, дали отпуск – законно оформить отношения.

Перед окончанием учебки, по какому-то случаю им выдали на руки документы. В военном билете карандашом было написано: женат. Семейных в Афган не посылали, – а друзья по учебке уже готовились к отправке. Недолго думая, Саня стёр надпись резинкой, – и поехал в Афганистан. Он был обычной, средней комплекции, и от переноски тяжестей у него образовалась грыжа, вырезать которую пришлось в госпитале в Кабуле. Через пару дней после операции он затосковал: на заставу тянуло, как домой. Когда ребята приехали по каким-то делам в Кабул, и заскочили его навестить, он взмолился: заберите меня отсюда! С врачами договорились, и Саня поехал на заставу, не пробыв в госпитале и недели….

И вот теперь, в ожидании точных сроков выхода колонны, в которой им предстояло быть замыкающими, сожаление о том, что всё это придётся бросать, – терзало душу ротного.

Добро бы, если бы оставить кому-то для пользы, – не так жалко бы было….

А то ведь просто пропадет всё и разрушится, – местным эти строения без надобности, они туалетной бумагой-то пользоваться научились от русских, да и то не все…. Попервости, когда обыскивали пленных духов, у них в карманах камешки были припасены для такой нужды, потом уже стали рулончики бумаги находить….

С местными, из соседнего кишлака, отношения были дружеские: аксакалы называли его «командор Саша» и часто приглашали в гости, куда они ездили с переводчиком – таджиком Шамсиддином Халимовым. Кишлак был похож на небольшую крепость, обнесённую толстой глинобитной стеной метров пяти в высоту. За входящими закрывались массивные ворота. Несмотря на теплый прием, чувство настороженности не покидало, особенно в первые визиты: кто знает, что у них на уме? Зачем зовут?..