Люди «А». Второе издание

Вышел на нужных людей, сдал в очередной раз нормативы (у меня с каждым разом это получалось всё лучше и лучше), прошёл всё, что полагается пройти, и был зачислен в ряды.

Тогда я ещё ничего толком не знал.

Алексей Филатов

ЖИТЬ

Люди рождаются в боли.

Потом привыкают жить.

Жизнь – как чистое поле,

Где жаворонки во ржи.

Где все начинают с разного,

А дальше – как повезёт:

Кому-то больше прекрасного,

Кому-то – труда и невзгод.

И я, начиная свои пути,

Учился делать шаги,

И мои первые трудности

Меня научили: не лги.

Не лги ни отцу, ни матери

И – важно – не лги себе:

У лжи золотые скатерти,

А правда всегда в борьбе.

Судьбу закаляет правда,

Как сталь закаляет вода.

Себе говорил: «Так надо», —

И прямо я шёл всегда.

Мне силы хватило и воли

Дорогу свою сложить…

Люди рождаются в боли.

Потом привыкают жить.

Савельев

Фото из архива автора

1992. Москва, штаб-квартира группы «А»

– Филатов, к Савельеву подымись! – крикнул оперативный дежурный.

Я только что отслужил свой первый день в Группе «А». Меня ждало ночное дежурство. Бойцы толпились в комнате для сна. Слово «спальня» здесь неуместно: спали по семь человек, сменяясь на посту каждые три часа.

Я об этом не думал. Я сидел и смотрел на то, что мне выдали: два чемодана оружия и огромный мешок средств личной защиты. Я чувствовал себя как мальчишка, получивший огромный пломбир.

А теперь мне зачем-то нужно идти наверх, к Анатолию Николаевичу Савельеву, имевшему в подразделении репутацию монстра.

По словам бойцов, он был абсолютно безжалостен. К себе и другим. На полигоне его бойцы стреляли боевыми, а в футбол играли в шестнадцатикилограммовых бронежилетах. Он сам принимал участие в игре – тоже в бронике. После футбола вёл людей на силовые тренировки: сотни подтягиваний, полсотни подъёмов штанги, отжимания.

Однажды на учёбе – брали «дом с заложниками» – он приказал новичку выпрыгнуть со второго этажа в броне и с оружием. Парень повредил спину. Других заставлял бросаться под машины, прямо под колёса. На все претензии отвечал: «В бою целее будут».

При этом был не чужд высокой культуре. Иногда он спускался из кабинета в дежурку и читал бойцам поэтов Серебряного века – наизусть.