Тэмуджин. Книга 3

– Единства в племени теперь не будет, северные и южные роды окончательно разошлись, и это нам на руку, – склонившись вперед, он пристально смотрел на него. – Борджигины отныне будут стараться бить керуленских как можно сильнее, те же будут огрызаться как обреченные волки, которых прижали к горной скале. Вражда между ними с каждым днем будет углубляться: пролитой крови будет все больше, а там пойдет такая взаимная месть, что не найдешь уже правых и неправых. И они будут воевать до тех пор, пока не ослабнут окончательно.

А когда они придут к тому крайнему положению, что знать не будут, что им всем дальше делать, вот тут мы с тобой выступим со своим войском и объединим весь народ под твоим именем. И ты, как когда-то твой прадед, поднимешь знамя племени.

«Вон чем он хочет воспользоваться! – думал Тэмуджин, слушая его. – Войной между родами… И одним разом хочет все племя захватить, и северных, и южных, с тайчиутами и джадаранами, со всеми без остатка… И добиться этого он хочет, использовав мое знамя… Ну нет, сейчас я хочу лишь вернуть отцовский улус и больше ничего… И радоваться тому, что роды проливают между собой кровь, не могу.

Ханом, как предсказывали мне шаманы, стану, если меня другие изберут, но навязываться насильно, да еще дождавшись, когда все обессилят, – это не по мне!»

Однако, избегая споров, он умолчал об этом, сказав лишь:

– Будь моя воля, я бы прямо сейчас прекратил грызню в племени. Нельзя ли как-нибудь положить этому конец?

Мэнлиг усмехнулся, развел руками:

– А как мы можем это сделать? Ведь это сами люди хотят воевать! Никто их не заставляет!

– Как же так? – Тэмуджин удивленно посмотрел на него.

 – А Таргудай и другие нойоны? Ведь это они гонят людей на войну, они заставляют…

– Эти только ведут толпу, как волчью стаю ведут вожаки. Если бы люди сами не хотели, никто не смог бы их заставить. Ведь нельзя людей заставить есть траву, потому что они не хотят ее есть, а убивать друг друга они хотят, чтобы отнять добро у других, чтобы жилось им сытно.

А высокие и красивые слова лишь для того, чтобы оправдать себя и повести за собой других, и слова всегда найдутся…

Тэмуджин слушал его задумавшись. Слов против доводов старого воина что-то не находилось.

– И до тех пор они будут резать друг друга, – внушал ему тот, – пока не устанут лить кровь, пока не увидят, что на этом пути им всем скоро конец: некому станет продолжить род, некому будет пасти скот и охотиться.