Противостояние. История народа Русы – история мировой цивилизации

Однако даже при самых благоприятных условиях внешней среды данный организм:

«…мог бы лишь восстанавливать поврежденную ДНК, но не производить функциональную настройку генома и усваивать сложные вещества…» (там же).

«…возникновение и развитие даже простейшей жизни потребует времени намного больше существования самой солнечной системы» [105] (с. 113).

То есть ни при каких самых благоприятных обстоятельствах создание мельчайшей живой клетки самой по себе невозможно!

Но если у имеющего всего 482 гена самого простейшего организма:

«…580 000 пар нуклеотидов (C.

S. Fraser et al., “The minimal gene complement of Mykoplasma genitalium”, Science 270(5235):397–403, Oktober 20, 1995; perspective A.Goffeau, “Life with 482 genes”, там же, р. 445–446.)» [19] (с. 110).

То:

«…у человека таких пар – 3 миллиарда…» (там же).

Мифология мифотворцев и по этим показателям выдает фальсификаторов с головой: сама «госпожа наука», на которую так упорно ссылались сторонники теории Дарвина, полностью разоблачает несостоятельность внушенных миру иллюзорных воззрений.

«Ярким доказательством того, что теория эволюции является не наукой, а наукообразной лжерелигией, могут служить известные фальсификации предполагаемых предков человека. Такие, как, например, “пилдаунский человек” (к появлению которого приложил свою руку Тейяр де Шарден) и “человек из Небраски”, который был “восстановлен” по одному зубу, принадлежавшему, как выяснилось, одной из разновидностей свиней» [84] (с.

81).

То есть при появляющейся возможности проверить эти фантастические теории позапрошлого века сразу обнаруживается полная беспочвенность этих утверждений.

Но случай ошибочного принятия свиньи за человека в свете новейших изысканий современной науки выглядит достаточно показательно:

«Сколько научных трудов было написано о зарождении жизни и происхождении человека от обезьяны, но совремнная биология и генетика камня на камне не оставили от теории Дарвина.

Между генами людей и обезьян существует дистанция огромного размера, и человек мог бы скорее произойти от свиньи, чем от гориллы…» [107] (с. 21–22).

А потому становится совершенно ясно:

«…что антропологию вовсе нельзя считать ныне наукой, а лишь формой фантастической сказки… У нас нет ни малейших оснований считать, что у человека, как и у любого другого вида животных или растений, есть какие-либо предки» [84] (с. 84).